Знаменитые люди Миорского края

При финансовой
поддержке
Европейского cоюза

Знаменитые люди Миорского края
Знаменитые люди Миорского края
Знаменитые люди Миорского края
Знаменитые люди Миорского края

При финансовой поддержке Европейского cоюза

Знаменитые люди Миорского края
Знаменитые люди Миорского края
Знаменитые люди Миорского края
Знаменитые люди Миорского края
Знаменитые люди Миорского края
Знаменитые люди Миорского края
Знаменитые люди Миорского края
Знаменитые люди Миорского края
Знаменитые люди Миорского края
Знаменитые люди Миорского края

При финансовой поддержке Европейского cоюза

Знаменитые люди Миорского края

Top

Виктор Бабичев

Знаменитые люди Миорского края

Родился Бабичев 16 апреля 1916 в посёлке Петропавловка, Астраханской области, в семье рабочего. Член КПСС с 1943. Окончил начальную школу, потом работал трактористом на Владимирской машино-тракторной станции. В Советской Армии с 1937 по 1940 г и с сентября 1941.

В фронте Великой Отечественной войны с марта 1942 г. Бабичев был командиром орудия 125-го отдельного истребительно-противотанкового артиллерийского дивизиона 29-ой стрелковой дивизии, 6-я гвардейская армия, 1-й Прибалтийский фронта. 5 июля 1944 при отражении контратаки противника у деревни Тычки (Миорский район Витебской области) старшина Бабичев огнём орудия уничтожил 2 пулемёта, 4 мотоцикла и истребил десятки гитлеровцев. Когда батарею окружил противник, Бабичев поднял расчёт в атаку. Будучи тяжело ранен, остался в строю. Звание Героя Советского Союза было присвоено 24 марта 1945 года. С 1945 года Бабичев в запасе. Умер 23 марта 1983 году в Ахтубинске.

Генерал-адъютант Илья Степанович Фролов

После второго раздела Речи Посполитой в 1793 году Екатерина II подарила Лонку князю Фролову. Наиболее знаменитым был его потомок генерал-адъютант и сенатор Илья Степанович Фролов. Родился он 20 июля 1808 года. В 1826 году окончил с золотой медалью знаменитый Царскосельский лицей. Чтобы сделать карьеру, поступил на военную службу. Отлично показал себя в русско-турецкой войне 1827-1828 года. Но наиболее проявил себя, как и все российские военные того времени, в подавлении национально-освободительного движения и расширении границ империи. Так, в 1830-1831 году принимал участие в подавлении восстания в Польше, Литве и Беларуси, отличился в битве при Астраленце и взятии Варшавы. Николай I отметил И.Фролова орденом Св.Анны 3 в. с мечами и орденом Св.Владимира в.с-бантами. Когда началась революция в Венгрии, уже в чине генерал-майора в составе 3-го корпуса русской армии подавляет свободу венгерского народа. И тут он прославился при взятии города Войцена и Дебрецена, где показал личное мужество, возглавив под артиллерийским огнем атаку кавалерийского полка на пехотное каре. В 1854-1855 годах принимал участие в войне против Турции, за асаду крепости Силистрии получил чин генерал –адъютантаа, потом повышен до генерал-лейтенанта. И.С.Фролов принимал участие в работе Вильнюсской комиссии по отмене крепостного права. Когда взорвалось в Беларуси восстание под руководством Кастуся Калиновского, он был назначен заместителем командующего Вильнюсского военного округа. И снова его заслуги отмечены. В 1864 году он стал сенатором, занесен в списки Генерального штаба, присоединен к свите царя Александра II. В Сенате сначала работает в межевом департаменте, а потом герольдии. Кроме того, он занимался наукой, вкладывал сборник «О земледелии для средней полосы России», который был напечатан в 1875 году. Умирает в своем имении Лонка 17 августа 1879 года. Памятник на его могиле сохранился до нашего времени.

Герой воздушных боев – Виталий Гордиловский

Знаменитые люди Миорского края

Родился Виталий Гордиловский 29 января 1912 г. Об этом и также, что его отец, как и дед Стефан, служили псаломщиками Чересского храма, свидетельствует метрическая книга Свято — Николаевской церкви за 1912 г. во многих статьях о Гордиловском неправильно указанный год рождения-1909.

В 1914 г. крестьянская жизнь его родителей Александра Степановича и Елизаветы Федоровны Гордиловских из древних Черессов внезапно изменилась. Началась Первая мировая война. Александр Гордиловский ушел в действующую армию на фронт. Раненый попал в госпиталь в Вязьму, где после выздоровления устроился работать на железнодорожной станции. Сюда же перевез из Беларуси и семью.

В 1927 г. сын Гордиловского Виталий успешно закончил семилетку и решил пойти по пути отца – стать железнодорожником. Начинал простым рабочим на станции Вязьма, а в 1929 г. поступил в Московский техникум путей сообщения, который через три года закончил на отлично.  В августе 1933 г. его как члена партии по спецназу ЦК УКП(б) призвали в армию и направили в Севастополь в 1-ю Краснознаменную Качинскую школу летчиков имени Мясникова, которая готовила кадры для истребительной авиации. Позже переводят в город Энгельс, в 14-ю школу пилотов, где готовили летчиков для бомбардировочной авиации. Летную школу он окончил в числе лучших и в декабре 1935 г. получил право на штурвал воздушного корабля Р-6 в элитной 5й эскадрилье, базировавшейся при штабе Белорусского военного округа в Смоленске. Самолет Р-6 в то время являлся “новинкой”, после испытаний запущен в серию как самолет дальней разведки, сопровождения бомбардировщиков и воздушного боя.

Одному из первых Виталию Гордиловскому поручили осваивать новый скоростной бомбардировщик СБ (ОНТ—40), который только поступил на вооружение. Самый массовый серийный самолет разработки КБ А. М.Туполева. А в апреле 1938 г. лейтенанта Гордиловского назначили командиром звена в соседней 4-й эскадрилье. Через два месяца несмотря на отличные аттестации, отсутствие взысканий его уволили в запас «по служебному несоответствию» без всяких объяснений. В мае 1940 г. Виталия Александровича вызвали в военкомат и направили в Иваново, в 165-й резервный авиаполк, где он с такими же бывшими репрессированными вновь получил право на штурвал. Война для лейтенанта Гордиловского началась 22 июня в 12 часов 8 минут, когда он в составе одной из трех девяток бомбардировщиков СБ поднялся в небо и взял курс на Сувалки – бомбардировать немецкий аэродром в районе озера Сервы. Экипаж из первого боевого вылета, длившийся 3 часа 46 минут, вернулся целым и неповрежденным. До 20 июля, через месяц боев в небе Беларуси, из 173 самолетов СБ 13-й дивизии в рабочем состоянии осталось только два. Большими стали потери и в летном составе. Гордиловского как и других летчиков, оставшихся в живых, отправили на Казанский авиазавод-осваивать новый пикирующий бомбардировщик. Успехи в освоении “иностранца” руководство также отметило с ходу. Он назначен инструктором по полетам и учил на Б-25 всех летчиков 125-го полка. Вот что говорится в его аттестации за 1942 г.: «Новую матчасть самолета Б-25 освоил с отличными показателями, успешно справился и с задачами по обучению летного состава ночным полетам”. Именно ночным, ведь полк передали в дальнюю авиацию и его основным назначением стали ночные рейды и бомбардировки в тылу противника. В декабре 1942 г. командир 125-го полка подполковник Ульяновский докладывает: «управляемая тов. Гордиловским эскадрилья является ведущей в полку. Ненависть к фашизму сочетает с высокой тактической грамотностью и правильным использованием самолета Б-25”. Гордиловскому принадлежит и своеобразный рекорд: эскадрилья под его командованием совершила 800 боевых вылетов, как говорится в документе, “не имея ни одного случая потерь в людях и материальной части”. В годы войны это просто фантастика. 17 мая Гордиловского назначили командиром дальнебомбардировочного полка, который ему же и требовалось сформировать. 4 июня 1944 г. этот полк уже совершил первый боевой вылет. Летали бомбить вражеские объекты в Барановичах, Бресте, Гомеле. За героизм при освобождении Минска получили очередную благодарность от Верховного главнокомандующего Иосифа Сталина. Гордиловский водил свой полк бомбить вражеские объекты в Польше, Словакии. Через пять месяцев участия в боях полк подполковника Гордиловского удостоен высшей военной отметки — стал гвардейским. На завершающем этапе войны боевыми целями «Митчалов» Гордиловского были бомбардировки Кенигсберга, Будапешта, Галаца, Моравы-острова, Котовиц, Франкфурта-на-Одере, Данцига, Бреслау, Свинэмюнде. По наиболее сопротивляемым группировкам врага в Кенигсберге и Бреслау Гордиловскому всем составом полка пришлось впервые выполнить на “Митчалах” пять боевых вылетов в дневных условиях. Война приближалась к концу. Войска готовились к последней битве за Берлин. Командующему 18-м воздушным войскам главному маршалу Александру Голованову пришла идея подать специальный сигнал к началу штурма столицы гитлеровской Германии. Сделать это решили с помощью специальных сигнальных световых бомб ЦАСАБ-100, принятых на вооружение летом 1944 г. Факелы этих бомб, спускаясь на парашютах, горели в течение 10 минут ярким красным огнем, видимым с расстояния в 90 км.

Выбор командования пал на 4-й гвардейский Гомельский авиакорпус гвардии генерал-лейтенанта Георгия Щетчикова, летчики которого летали на американских бомбардировщиках “Митчал”. Выполнить эту боевую задачу Щетчиков приказал командиру 250-го гвардейского полка этой дивизии гвардии подполковнику Виталию Гордиловскому. После сбрасывания бомб ЦАСАБ над Зеловскими высотами началось наступление Красной Армии на Берлин. В небе войны Гордиловский совершил 137 успешных боевых вылетов. Сбил два немецких истребителя. Награжден четырьмя орденами. Дважды, в июне 1943-го и в августе 1944 г., представлялся к ордену Ленина и оба раза не получил. Скорее всего, из-за пятна репрессированного и потому, что не был в почете у руководства (не выслуживался перед ним). До 1951 г. Гордиловский назначен командиром своего родного 250-го гвардейского полка все на тех же”Митчалах». На отлично окончил Высшую офицерскую летно-тактическую школу командиров и в сентябре 1952 г. переведен в Барановичи на должность заместителя командира 45-й Гомельской тяжелой бомбардировочной дивизии — первой в истории ВВС дивизии стратегического назначения, которая осваивала и проводила военные испытания совершенно секретного самолета — первого советского реактивного бомбардировщика.

В 1955 г. Гордиловский стал председателем комиссии по военным испытаниям Ту-16. в 1954 г. потеряли два самолета, еще два — в 1955 г. в 1956-м разбилось целых девять Ту-16, а на следующий год еще семь. Но все не в дивизии Гордиловского. У него Ту-16 не падали. Повлияли требовательность, дисциплинированность, ответственность и внимательность Виталия Александровича. Он пытался обратить внимание руководства и конструкторов на недостатки самолета Ту-16, требовал, чтобы их приостановили использовать в военной авиации, категорически запрещал поднимать самолеты в воздух при малейших сомнениях в их готовности. В августе 1957 г. Гордиловский получил звание генерал-майора авиации, а в начале 1958 г. министр обороны лично выделил его среди всех командиров дивизий стратегической авиации и “за умелое руководство летной работой без тяжелых летных происшествий” объявил благодарность и наградил ценным подарком. В 1961 г. нашего земляка отправили на пенсию. Летчик 1-го класса генерал-майор Гордиловский тогда имел 3600 часов налета, три ордена Красного Знамени, ордена Александра Невского, Красной Звезды, Отечественной войны I степени и семь медалей.

Во время своей гражданской жизни Виталий Александрович многие годы успешно руководил аэропортом в подмосковном Внуково. Его земной путь закончился в 1989 г. Вот какой знаменитый летчик родился в деревне Черессы!

Герой Советского Союза вице-адмирал Егор Андреевич Томко

Знаменитые люди Миорского края

Родился Томко Егор в деревне Леоновцы Перебродского сельсовета в 1935 году, недалеко  от озера с прозрачной водой, которая утоляла жажду и спасала от летней жары. Именно оно вызывало у мальчика мечты о большом море. У Егора Андреевича была не большая, но дружная семья. Отец, Андрей Николаевич, мать, Евгения Викторовна, сестра Нона и сам Егор. Дети для родителей были смыслом жизни.

Каждую работу родители стремились сделать как много лучше, и к этому стремились дети. Много работы было летом: косили, сушили сено, смотрели огороды, готовили запасы на зиму. Крестьянский труд закалил мальчика, способствовал появлению таких качеств, как трудолюбие, выносливость, физическую закалку. К учёбе сына родители тоже относились очень серьёзно и требовательно, не допускали никаких поблажек. Школа в Миорах находилась на расстоянии семи километров. Егор никогда не пропускал занятия, часто преодолевал это расстояние бегом, а зимой на коньках по озеру или лыжах. Вот почему в спортивных соревнованиях в школе ему не было равных. В доме не было электрического света, однако Егор серьёзно готовился к урокам при керосиновой лампе и учился на отлично. Рос здоровым и сильным. Учился сначала в Каменполье, а потом в Миорской средней школе №1. Как рассказала мне его сестра Нона Андреевна много читал литературы о море и моряках, особенно книги А. Новикова – Прибоя и Сергеева – Ценского, Станюкевича и др. Поэтому не случайно, после школы Егор Андреевич поступает в Высшее Архангельское военно-морское училище подводного плавания. Здесь он занимался борьбой, тяжёлой атлетикой и добивался отличных успехов, об этом свидетельствуют грамоты, которые хранятся в нашем музее.  Потом служба на Северном флоте, на Балтийском. Море навсегда вошла в душу Томко Егора Андреевича. Море стало смыслом его жизни. С 30-летней морской службы он 8 находился под водой! Закончил военно-морскую академию. Командовал   групповом походом подводных лодок под льдами Арктики. После похода Егор Андреевич рассказывал родным, что во время погружения возникло ЧП, и ему лично пришлось, надев водолазный костюм, вести подводников на устранение неисправности. У моряков тогда всё получилось – домой они вернулись героями. За успешное выполнение этого задания и проявленный героизм в 1978 году было присвоено звания Героя Советского Союза.

Тяжелые дни и часы выпадали на судьбу Егора Андреевича во время походов. Однажды произошла авария атомного реактора. От облучения погибло сразу 4 человека. Остальные продолжали бороться за жизнь подводной лодки. Страшными были эти мили… Когда пришвартовались, Егор Андреевич снял шапку, а в ней почти все волосы остались. Сделали на лодке замеры. До 6000 рентген на корпусе… Весь экипаж отправили сразу в госпиталь. Из 136 моряков в строю осталось только 6, в их числе и наш земляк. Во время аварии он побывал в самых опасных отсеках, однако выдержал богатырский организм.

Или еще один случай, который говорит о нем как о человеке с большой буквы, готовом пожертвовать собой ради других. Однажды во время аварии на подводной лодке Егор Андреевич отдал свой дыхательный аппарат задыхающемуся молодому моряку. Дивизий которой он командовал была лучшей в советском военно-морском флоте. Потому что наш адмирал не только сам показывал чудеса героизма и мужества. Но и требовал ответственности и дисциплины от подчиненных. Сам Егор Андреевич настолько ревниво относился к службе, что ни одного отпуска целиком не провел всегда стремился раньше времени вернуться в свою часть. 

В его послужном списке ещё много различных орденов и медалей. Очень много достижений с пометкой «впервые». Так, во время подводного из учений тактическая группа, управляемая Егором Томко, впервые в истории флота выполнила совместную стрельбу шестью разнотипными крылатыми ракетами по мишенной позиции. Тем самым была подтверждена на практике возможность массированного использования разнотипных ракет в одном ударе. Егор Андреевич участвовал также в подготовке и проведении глубоководных испытаний подводной лодки К-525 с погружением на предельную глубину. Участвовал Егор Томка и в испытании атомных подводных крейсеров с крылатыми ракетами большой дальности. Как заместитель председателя Государственной комиссии по приёмке и испытанию головной подводной лодки этого проекта внёс немало ценнейших предложений. Оказался на своём месте и когда был назначен начальником Высшего военно-морского училища подводного плаванья имени Ленинского комсомола. После выхода в отставку с военной службы работал в научно-исследовательском институте Военно-морского флота Росси. Он доцент, старший научный работник. Заместитель председателя совета Героев Советского Союза, Героев Росси, полных кавалеров ордена Славы Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Когда погиб «Курск», адмирал не мог найти себе места. Трагедию переживал мучительно, будто сам стоял в рубке подлодке, отдавал команды, пытался найти выход. К Егору Андреевичу часто тогда обращались российские телевизионные каналы как к эксперту. И он с болью предполагал: наверное, случился взрыв торпеды в первом отсеке. Технологию подводных погружений он изучил досконально, знал, какой риск берут на себя моряки. Но свыкнуться с фактом смерти так и не смог.

            Умер 1 апреля 2008-го. В тот день собирался на работу. Попрощался с женой. Схватился за сердце …

Хоронили его торжественно, с почестями – как подобает герою. На церемонии на Смоленском кладбище Санкт-Петербурга присутствовали десятки вице и контр-адмиралов, приехавших отдать дань уважения своему товарищу. Не забыли нашего знаменитого земляка и у нас в Миорах. В нашем школьном музеи создан раздел посвященный герою. А в городе в честь его названа новая улица и установлен памятный знак. И 2016 году его именем названа Миорская школа №3.

Герой Цусимы – адмирал Северин Боровский

Знаменитые люди Миорского края

Об этом знаменитом человеке кружковцы узнали из воспоминаний Петра Николаевича Смулькевича из д. Волковщина, который будучи подростком, помнил об адмирале, так как служил кучером. Потом в архивах найдены документы о жизни и деятельности Боровского, а на Новопогостском кладбище мы отыскали его могилу. Вот что можем рассказать, остановившись у памятника из черного мрамора.

Северин Боровский по происхождению шляхтич герба «Ястребец». Родился в имении Радюки неподалеку от Нового Погоста 8 января 1864 г. его отец был полковником российской армии, героически сражался в Крымской войне, многочисленно награжден. Крещен в Погостском костеле. Женат на Марии Иосифовне, рожденной Шауман. С 1881 г. учился в техническом училище Морского ведомства, воспитанником плавал на крейсерах «Богатырь», «Африка». На действующей службе находился с 1 октября 1882 г. в 1885 г. получил звание подпоручика, в январе 1905 г. стал подполковником. В декабре 1906 г. полковником корпуса инженер-механиком флота.

Плавал на броненосной батарее «первенец» судебным механиком, трюмным механиком на крейсере  «Генерал-адмирал», инженер-механиком на пароходе «Скобелев», помощником старшего инженера-механика на броненосцах «Адмирал Лазарев», «Адмирал Грейг». С 1901 г старший судебный механик на эскадренном броненосце «Сисой Великий». 14-15 мая 1905 г. участвовал в Цусимской битве. После потопления броненосца попал в японский плен. Вернувшись, служил на крейсере «Диана». Имел Орден Св.Анны ІІІ и ІІ степеней с мечами, Св.Станислава ІІІ и IV степеней, бронзовая медаль за поход в Китай (1900-1901), серебряная медаль царствования Александра ІІІ. В феврале 1910 г. стал генерал-майором с увольнением со службы по болезни и зачислением в Морское ополчение Виленской губернии. В годы межвоенной Польши занимался хозяйством в имении своей жены Юзефова.

О героической и трагической борьбе и утоплении броненосца «Сисой Великий», на котором служил наш земляк, повествуется в романе С. Новикова-Прибоя «Цусима». Вот отрывок из этого произведения.

«Броненосец «Сисой Великий» был атакован в три раза превосходящими силами противника. Командиры отказались сдать корабль без боя. В течение всего дня на корабль предоставили тысячи снарядов японских броненосцев и крейсеров. Команда русского броненосца отвечала огнем и сумела несмотря на большие пробоины, повреждения удерживать его на плаву. Ночью израненный корабль подвергся атакам торпед японских миноносцев, мужественная команда опять смогла отстоять корабль. Но поврежедения были настолько велики, что корабль имел только задний ход. Избитый, обгорелый, с подведенными под пробоины пластырями, он имел такой вид, словно побывал в перевязочном пункте. Грузная корма великана, подорванная в ночных атаках миной, была приподнята. Он не шел, а барахтался, бурля винтами воду, как будто стремился вырваться на поверхность моря».

До самой смерти Северин Боровский не забыл те ужасающие часы жестокой морской битвы. Умер герой Цусимы в 1936 году. Памятник на новопогостском кладбище прекрасно сохранился.

Даргель Виталий – ученый-топограф из Белевцев

Даргель Виталий Августинович родился 2 августа 1942 года в деревне Белевцы. Учился в Белевской начальной школе, в Новгородской восьмилетке. Трудовую деятельность начал с 16 лет. После окончания средней школы и училища в Друе работал машинистом экскаватора. Окончил Ленинградское Краснознаменное воено-топографическое училище по специальности «военный топограф» в 1965 году направлен для прохождения службы в объединение советских войск в Германии – 68-й топогеодезический ордена Красной Звезды отряд. Проходил службу топографом 2-го, 1-го разряда, старшим топографом-командиром расчета. Выполнял работы по обновлению топографических карт, инженерной съемки военных аэродромов и других объектов, различные оперативные задания по топогеодезическому обеспечению группы войск во время учений. За проявленную инициативу при выполнении заданий награжден ценным подарком главнокомандующего ГСВГ Маршалом Советского Союза Кошевым П.К. C отличием завершил Военно-инженерную академию им. В. В. Куйбышева с квалификацией инженер-геодезист по специальности «Фототопография» (1974). С 1974 по 1976 – начальник отделения 3-го отдельного конструкторского бюро военно-топографического управления Генерального штаба. Принимал участие в разработке новых средств в фототопографическом деле с 1976 по 2006 – на преподавательской работе в Военно-инженерной академии, а с 2006 года, в Общевойсковой академии ВС РФ старший преподаватель, доцент. За 37 лет преподавательской работы подготовил десятки высоко квалифицированных офицерских кадров для Вооруженных Сил СССР, России, Беларуси, ряда армий иностранных государств. Наш земляк был руководителем научных, дипломных и диссертационных работ выпускников академии. Автор и соавтор более 70 научных и учебно-методических работ, включая. учебники, монографий отчетов по научно – исследовательской работе, учебных пособий, научных статей, напечатанных в России и за рубежом. Кандидат технических наук. Доцент. Почетный геодезист. Полковник. Награжден орденом «За службу Родине в ВС» 3-й степени, другими правительственными наградами.

Кузьмин Михаил Александрович

Знаменитые люди Миорского края

Родился в 5 декабря 1922года в д. Бортники Оленинского района. Окончил школу-семилетку в деревне Скворотынской. Работал в колхозе. На фронте после окончания Ульяновского танкового училища с ноября 1942 года. Участник боев под Сталинградом, летом 1943 года освобождал Орел, а осенью воевал на 1-м Прибалтийском фронте. Старший лейтенант. Командир танковой роты 159-й танковой бригады 1-го танкового корпуса. Погиб в бою за освобождение Литовской ССР. Похоронен в г. Шилале.

Звание Героя Советского Союза присвоено 24 марта 1945 года. Рота «тридцатьчетверок» Кузьмина после прорыва северо-западнее Витебска шла в разведывательной группе, обеспечивая успешное продвижение всей бригаде.
Имя Михаила Кузьмина Было присвоено одной из улиц г. Шилале. В п. Оленино также есть улица, носящая имя Героя Советского Союза Кузьмина М.А. на могиле – мемориальная плита; улица в г. Шилале

Мать танкиста Михаила Кузьмина, Мария Васильевна, писала из Костромской области пионерам в далекий город Шилале: «Спасибо вам за то, что. ухаживаете за могилой… Направляю вам письмо, которое прислало мне военное командование после того, как Миша пал на подступах вашего города. Пишите, с нетерпением жду ваших писем. Дорогие ребята! Очень прошу, посетите могилу, ухаживайте за ней». Сколько таких материнских писем, политых слезами, отправлено в города и села, по которым прокатилась война! Прошли десятилетия, а цветы на могилах героев не увядают. Помнят в Прибалтике и о Кузьмине, В Шилале главная улица названа его именем. Есть улица Кузьмина и в городе Диене. Как завет грядущим поколениям звучит строка из письма отважного танкиста: «Как легко вздохнет народ, когда наступит этот праздник – победит мир». Всеми своими помыслами, всем существом молодой воин был устремлен к этой самой своей заветной мечте. В наступлении танкисты идут впереди. Михаил среди собратьев по оружию отличался постоянным нетерпеливым желанием двигаться – совершать неожиданные броски, ходить в разведку, проникнуть туда, где враг не ждет. В марте 1944 года он сообщал в письме: «Зарвался вперед, подбили машину, связи нет. Вот и обороняюсь один: если не силой, то обманом возьмем противника». В летнем наступлении 1-го Прибалтийского фронта рота «тридцатьчетверок» Кузьмина после прорыва северо-западнее Витебска шла в разведывательной группе, обеспечивая успешное продвижение всей бригаде. Вот несколько примеров. 25 июня 1944 года танкисты Кузьмина стремительным броском вышли к реке Западной Двине, смело пошли в атаку, уничтожили три пушки, 35 автомашин, девять мотоциклов и много живой силы врага, обеспечив захват плацдарма, с которого бригада и пехотинцы 6-й гвардейской армии без промедления продолжили наступление. Через четыре дня рота Кузьмина вышла к городу Ушачи и, несмотря на сильный артиллерийский и минометный обстрел, с ходу завязала бои за город и освободила его от гитлеровцев. А уже на следующий день «тридцатьчетверки» старшего лейтенанта появились у реки Диены, их экипажи действовали быстро и отважно. Сломив сопротивление противника, танкисты захватили переправу и ворвались в город Диену. Немцы хотели во что бы то ни стало выбить смельчаков из города. Кузьмин и его боевые друзья отбили восемь яростных контратак, но выгодную позицию удержали. При этом они уничтожили два самоходных орудия «фердинанд», 12 станковых пулеметов, две зенитные батареи и до 300 фашистов. Были взяты в плен 12 гитлеровцев, в том числе комендант города. Так же напористо действовал Михаил Кузьмин в начале октября и на земле Прибалтики. Ранним утром у Шилале неожиданно загрохотали советские танки. Немецкие орудия и пулеметы прикрывали бегство «непобедимой» армии. Началась перестрелка. Снаряд разорвался в танке Кузьмина. Герой погиб. Его боевые друзья отомстили гитлеровцам, и в тот же день красное знамя освобождения взвилось над городом.

Слово об искреннем белорусе - Ауген Анисько

Именно такое название подсказал для моей статьи разговор с близким другом Авгена Анисько Людвиком Мартиленко из деревни Шалтины Миорского района. Впервые узнал о Евгении Аниське от его друзей еще в 80-е годы 20 в. , когда собирал материал об учащихся Друйской гимназии. Адрес получил от его друга Пупина Антона Феликсовича из деревни Междуречье, который учился вместе с Авгеном в Друе. Но, написав письмо в Польшу, ответа так и не получил. Почему? Это стало известно только сейчас, когда наш земляк писатель Франц Сивко передал в музей письмо Авгена Анисько Антону Пупину. Письмо написано как раз во время военного положения в Польше 21 января 1982 года. В письме он указывает, о торможении и блокаде — то есть препятствиях, которые чинили спецслужбы, как в Польше, так и в СССР. Он понимал, что все письма просматриваются и не хотел лишний раз «засветиться» и подставить других. Указывает более безопасный путь, чтобы сам Антон рассказал о гимназии. Но больше не довелось встретиться, так как Антон Пупин вскоре умирает. Письмо же Авгена Анисько попало к Францу Сивко через жену Антона Пупина, так как они были его учителями. Получив газету №29 1999г. «Нива» из Белостока появилась желание написать об этом интересном человеке, искреннем Патриоте нашего Отечества. Чтобы написать статью, использовал не только статьи из “Нивы”, архивные материалы школьного музея, но главную информацию получил от Людвика Мартиленка из деревни Шалтины, который еще подростком знал Авгена, а также встреча с краеведом из глубокого Иосифом Бунта 1927 года рождения, который был учеником Анисько и который помог уточнить некоторые биографические сведения. Также интересный снимок Авгена Анисько в кругу учащихся Друйской гимназии с 1986 года нашел в журнале “Наша вера” за 1986г. На основе этих находок и встреч получился этот материал.

Авген Анисько, именно так он всегда называл, ведь Евгений, это заимствование из русского языка, родился в Петербурге в 1910 году, где его отец работал учителем. Иосиф Анисько, высокообразованный и интеллигентный человек, привил еще малому Авгену тягу к знаниям и книгам, а также национальное самосознание, так как участвовал в белорусском движении столицы. Был лично знаком с Янкой Купалой и Брониславом Эпимахом-Шипилом. К сожалению он рано умер, а мать переехала в Шалтины. Кстати, мать Констанция Анисько, из рода Федуковичей. Ее племяница Алина была замужем за известным деятелем белорусского национально-освободительного движения Иосифом Малецким, который умер в Австралии. Чтобы вырастить троих детей, Констанции пришлось выйти замуж за богатого вдовца Короленко. Отчим был ограниченным человеком и не понимал ни достоинства образования, ни ценности книг, тем более ему нехватало осознания белорусскости. По воспоминаниям Людвика Мартиленка он не единожды покушался кочергой на «погоню», которую повесил Авген на самом видном месте. После получения начального образования в местной школе в Милашове, парень учится в Виленской белорусской гимназии, знакомится с деятелями белорусского национально-освободительного движения в Вильнюсе. Но материльное положение семьи и было тяжелым, поэтому заканчивал образование в Друйской гимназии, что в четырех километрах от Шалтинов. Друйская гимназия в те времена была настоящим центром белорусскости в нашем крае во время межвоенной Польши. Этому способствовали священники Е. Германович, А. Тикота, Ф. Абрантович. Не случайно из ее стен вышли такие выдающиеся деятели, как Я.Малецкий, Ч.Сипович, П.Миронович, В.Жолнерович и другие. В этой славной когорте почетное место занимает и Евгений Анисько. Он продолжает учебу в Вильнюсе, но часто наведывается на родину, где активно работает среди деревенской молодежи, чтобы она сохранила национальное достоинство в условиях сплошной полонизации. В музее СШ №3 я читал воспоминания Витольда Антоновича Найденка 1920 года рождения из деревни Милашово и П.Кашкура (1906-1985) из деревни Рачнево, записанные в 1980 году. Именно он присылал посылки продуктов Авгену Аниське в Польшу во время кризиса в 1981 году. У нас хранится его дружеский билет кружка Белорусского института хозяйства и культуры в Шалтинах. Он подарил для нашего музея открытку и письмо Авгена Анисько. Он с ним переписывался до конца 80-х годов ХХ в. вот что он рассказывал о деятельности Авгена Анисько на родине. Именно он вместе с Малецким был главным организатором кружка Белорусского института хозяйства и культуры в Шалтинах, который во время всего периода панской Польши проводил большую национально-просветительскую деятельность. Среди активных кружковцев были Эдвард Завиша, Петр, Фелиция и Леокадия Цвечковские, Язэп Урбанович. Леокадия Германович, Елена Анисько, сестра Авгена. Людвик Мартиленок опознал всех друзей кружка, которые были помещены на снимке из архива Ю.Туронка, напечатанного в газете “Нива “ № 25 за 1999 год. Сельчанам особенно запомнились самодеятельные театральные постановки кружковцев. Наибольшей популярностью пользовалась пьеса Франтишка Олехновича «Черт и Баба», Купаловской «Павлинка». Польская полиция чинила препятствия артистам, поэтому дом для постановок выбирали с двумя входами, чтобы можно было скрыться. Постановки спектаклей долго потом обсуждали сельчане, а их участники получали фамилии своих героев надолго. Да, Иосиф Урбанович, игравший роль Свистуна, так до смерти и остался с прозвищем «Свистун». Людвик помнит, как молодежь зачитывалась белорусскими книжками и журналами, которые привозил из Вильнюса Анисько. Петр Кашкур, казначей кружка, подарил музею журнал «Путь молодежи» за весь 1929 год с печатью кружка. Листая журнал, мы встречаем фамилию Анисько, который постоянно переписывался с редакцией журнала. Библиотека кружка содержала большой книгосбор, кроме классиков Купалы, Коласа она также содержала такие редкие издания, на сегодняшний день, как В. Ластовского «История белорусско-кривской книги», «Краткая история Беларуси» В. Ластовского, А. Смолича «География Беларуси», много распространялась периодических изданий в том числе «Белорусский источник» , подшивку которой за 1925 год передал нам в музей Людвик Мартиленок.

Получив образование Авген Анисько стал активным корреспондентом различных белорусских изданий. А в 1933 году сам начал издавать журнал «Золак» с подзаголовком «Орган молодой Белорусской Социалистической партии». По его содержанию можно предположить, что в это время Авген Анисько придерживался позиции иностранной группы партии белорусских эсеров. В журнале редакция критиковала практику национально-освободительного движения, вскрывала причины его кризиса.Журнал критиковал марксизм и фашизм одновременно, диктатуру пролетариата и капиталистическую систему. Много страниц отводилось белорусской национально-освободительной борьбе: провозглашением БНР, Слуцкому восстанию, журналу “Гоман”, была статья про Игната Гриневицкого, убийцу Александра 2 .Журнал давал широкую панораму событий в мире, делал обзор белрускй периодики, писал о новых направлениях социалистической мысли на Западе. Увы большинство публикаций было под псевдонимами, поэтому сейчас трудно конкретно определить, какие статьи принадлежат нашему земляку. Журнал прекратил существование в 1938 году, всего вышло 8 номеров.

Во время Второй мировой войны Авген Анисько начинает работать учителем, и его деятельность на этом поприще продолжается почти полвека. Полусредне он хвастает белорусский патриотизам, высокую гражданскую позицию. Вот что рассказывал о своем учителе истории и литературы бывший ученик Новопогостской школы Геннадий Гайлевич нар. в 1928 году. «Хорошо я помнил уроки этого учителя.Во-первых несмотря, что проходили они в условиях оккупационного режима, на них никогда не упоминался Гитлер и Германия, а урок начинался с приветствия — Жыве Беларусь ! Ученики отвечали-Жыве Беларусь и крепнет ! Особенно интересные рассказы были о белорусской и местной истории. Тогда я впервые узнал о нашем знаменитом земляке Вацлаве Ластовском, который учился и жил в детские годы неподалеку-в старом погосте. Запомнились и предания из книг В. Ластовского о камне сапожник, о Юрке-дударе, записанные Ластовским в окрестностях погоста. Белорусскую литературу учили по учебнику М. Горецкого. Но партизаны сожгли в 1943 году школу и на воспоминание остался у Гайлевича только свидетельство об окончании школы с подписью Авгена Анисько.”.

Бронислав Туронок - деятель национально-освободительного движения

Знаменитые люди Миорского края

Фамилия Туронков широко известна на Миорщине. Родословная простирается в глубине XVIII в. Туронки всегда жили в окрестностях нового погоста. Их родовое гнездо-В. Денисы. Отец Степан был арендатором и поэтому часто менял место жительства. Бронислав родился в Енополе в 1896 г., Сейчас имения нет. Крещен в Новопогостском костеле. Учился в Погостском шестиклассном народном училище, которое окончил только в 16 лет. В 1912 г. Поступает в Вильнюсскую частную гимназию. Во время ее эвакуации учится в Витебске, а позже в Ярославле, где в 1917 г. получает аттестат зрелости.  Вернувшись на Дисенщину, до прихода поляков Бронислав Туронок открывает 15 белорусских начальных школ. Сам работал учителем сначала в Бильдюгах, потом в новом погосте. В 1919 г. учится на учительских курсах в Вильнюсе, где преподавал Ластовский, Горецкий, Жданович и др. В сентябре этого года поступает на медицинский факультет Вильнюсского университета, который окончил в 1924 г. Бронислав Туронак являлся одним из организаторов Белорусского студенческого союза, ответственным редактором журнала “Наш путь”. В декабре 1923 г. стал ответственным редактором главного органа Белорусской христианской демократии газеты «Криница», содержал там свои многочисленные статьи под псевдонимом «Томашни». Одновременно пополняет состав Белорусского крестьянского союза. Избран заместителем секретаря этой партии. В 1926 г. стал создателем Белорусского института хозяйства и культуры, а позже избран председателем Виленского управления этой организации.

Получив диплом врача, он активно популяризировал здравоохранение в белорусских лекциях и публикациях. Некоторые из них вышли отдельными брошюрами. Вступив в брак с Марией решат, поселяется в Дукштах, где работает врачом, но продолжает сотрудничество с известными белорусскими деятелями М. Машаром, Е. Малецким, П. Сергиевичем, А. Тикотом.  Его жизнь трагически оборвалась в 1938 г. Сын Юрий Туронок живет в Варшаве, известный журналист и историк, его книга “Беларусь под немецкой оккупацией” издана на белорусском и польском языках и вызвала большой интерес.

Вацлав Ластовский (1883-1938)

Знаменитые люди Миорского края

Выдающийся деятель белорусского возрождения, родился в застенке Колесники Дисненского уезда (сейчас Глубокский район) 20 октября 1883 г. Отец Юстин был безземельным мелким арендатором, и поэтому семья часто меняла место жительства, переезжая от одного барина к другому. Метрические книги Новопогостского костела свидетельствуют, что наша местность тесно связана с родом Ластовских. Один из Ластовских в XIX в. служил священником этого храма. О том, что наиболее интересные годы младенчества прошли у Вацлава в Старом Погосте, свидетельствуют его поздние воспоминания, напечатанные в журнале “Кривич”. Оттуда мы узнаем о его учебе в школе грамоты, которая существовала в Старом Погосте, и о сохранившихся в памяти легенде Погостской земле. Где дальше получал образование наш земляк, точно не известно: не сохранилось ни одного свидетельства. Возможно, он учился в Новопогоцком народном училище, Дисенской неполной гимназии, слушал лекции «зайцем» в университете. Но главную роль сыграли большие умственные способности, жажда самообразования, которые сделали Ластовского одним из самых образованных деятелей Возрождения. С 1909 по 1914 гг. работал секретарем «Нашей Нивы», с 1906 г. дружит с Белорусской Социалистической общиной. Здесь происходит становление Вацлава как литератора и публициста, известного под псевдонимом Власт. Значительно помогала ему жена Мария Иванаскайте, известная литовская поэтесса Лаздине Пеледа. Вот что об этих временах вспоминала позже их дочь: “все долгие годы совместной жизни Ластовский мало мог приложиться к содержанию семьи, часто он совсем нигде не работал, только сидел в отдельной комнате, обложившись бумагами и книгами. Бывало, так заставало его и рассвет. Мария имела меньше возможности писать. Значительную часть времени она отдавала домашним хлопотам, а ночами вышивала, чтобы заработать деньги для семьи». Именно квартира Ластовского стала центром литовско-белорусских литературных связей. Сюда часто приходили литовские писатели и художники: Л.Гиря, М.Чюрленис, Г.Ладсбергис, белорусы Я.Купала, М.Богданович, Я.Колас, З.Бядуля.  В 1910 г. Ластовский впервые на белорусском языке издал «Краткий очерк по истории Беларуси». Высоко оценил литературную деятельность нашего земляка Максим Богданович. Вот что писал знаменитый белорусский поэт в 1913 г.: “Власт напечатал всего три-четыре вещи, но каждую из них можно взять за пример, как следует писать. Особенно хороши рассказы «Сож и Днепр», очень красивая сказка-легенда (этого до сих пор еще не было и вообще спотыкается нечасто), и далее «День розового цветка», что напоминает лучшие из рассказов, принесших всемировую славу датскому писателю Андерсену. Особенно плодотворно работает Ластовский в «Нашей Ниве» (1912-1914). Здесь появляются не только его художественные произведения, но и ряд критических статей о творчестве Я.Купалы, М.Богдановича, З.Бядули и других белорусских писателей. Псевдонимы Вацлава Ластовского в это время: Власт, В.Л-ский, В.Л., Ю.Верещака.  Большинство его произведений связаны с фольклором, историей, особенно с родной Дисненщиной. В связи с оккупацией Вильнюса немецкими войсками «Наша Нива» прекращает свою деятельность. Понадобилась новая белорусская газета. В 1915-1918 гг. Вацлав Ластовский вместе с братьями Луцкевичами издает газету “Гоман” и является ее редактором. Газета выходит дважды в неделю латиницей и кириллицей, призывает к национальному и социальному освобождению, созданию Белорусской Народной Республики. Издание приветствовало свержение самодержавия в России. Наивысшими ценностями считала независимость, интеллектуальную и политическую свободу, родной язык и литературу, социальный оптимизм и христианскую религию. Здесь под псевдонимом «родственник» Ластовский печатает первую статью на белорусском языке о выдающемся деятеле национально-освободительного движения Кастусе Калиновском. Газета содержала новые произведения Я.Коласа, А.Гурло, Ц.Гартного, А.Гаруна и др. Знакомила с неизвестным тогда наследием Ф.Скорины, Ф.Богушевича, А.Обуховича.  За всей этой деятельностью стояла кропотливая работа нашего земляка. Он пожертвовал для пробуждения национального сознания белорусского народа не только разум, но и материальные средства. Как и сейчас, большая часть белорусов не имела финансов, чтобы поддержать газету, а богатые часто не имели сознания. Одновременно с литературной Вацлав Ластовский занимается и общественно-политической деятельностью. В марте 1918 г. присоединяется к тем белорусам, которые провозглашают независимую Белорусскую Народную Республику. Несмотря на немецкую оккупацию БНР развернула широкую просветительскую деятельность. Впервые на белорусской земле в полный голос зазвучало родное слово. Открываются белорусские школы, издаются десятки белорусских газет и журналов, сотни книг и учебников. Наш земляк издает сборник своих фольклорных записей, которые собрал на Дисенщине «Частушки. Песни песен», составил учебники для белорусских школ «Сеятель», «Незабудка», «Первая читательница для детей белорусов», «Хрестоматия по истории белорусской литературы», «Что нужно знать каждому белорусу? «. Во всех этих изданиях любовь к родной земле, ее истории, к своему народу и его языку. Неизвестно, через какие очки нужно читать эти книги, чтобы увидеть там буржуазный национализм, которым так охотно попрекали нашего земляка историки-сталинисты. В декабре 1919 г. Ластовский возглавляет Совет Министров Белорусской Народной Республики. За выступление против польской оккупации Беларуси польские власти его арестовывают и заключают в тюрьму. Оказавшись в эмиграции в Каунасе, он уходит из правительства БНР и занимается научной и литературной деятельностью. В 1923-1927 гг. печатает журнал “Кривич” и является его редактором. На страницах издания стихи, проза, публицистика, искусство и книговедение, множество материалов по древней белорусской истории, притом по вопросам, над которыми отечественные историки начали работать только в XXI в. В журнале содержалось много преданий и по родной нам Миорщине. В это время Ластовский создает фундаментальные научные труды «История белорусско-кривской книги», «Русско-белорусский словарь». Их стоимость сохранилась до нашего времени. А оригинальность и неповторимость писателя Ластовского, его талант ярко проявились в фантастической повести “Лабиринты”. Ценны для белорусской литературы и его воспоминания о Максиме Богдановиче. В 1926 г. Вацлава Ластовского приглашают на академическую конференцию в Минск, где он собственными глазами увидел успехи белорусизации, которая проводилась в то время в БССР. Он решает вернуться на родину, так как считает, что там может принести большую пользу своему народу. В 1927 г. земляк назначен на ответственную должность директора Белорусского государственного музея. Является секретарем Института белорусской культуры, который чуть позже стал Академией наук БССР. В 1928 г. избирается академиком АН БССР. Проводит этнографические экспедиции, отыскал крест Евфросинии Полоцкой. Но уже в 1930 г. белорусизация свернута, а ее активные деятели попали под топор сталинских репрессий. Одним из первых арестован Ластовский, которого обвинили в создании мифического Союза освобождения Беларуси. После следствия выслан в Саратов, где продолжал работу в отделе рукописей Саратовского университета. Повторно арестован в 1938 г., обвинен в контрреволюционной деятельности и расстрелян. Реабилитирован только в 1992.

Кузьма Крук — «Белорусский царь»

Знаменитые люди Миорского края

Родился Кузьма Юлианович Крук в 1896 г. в д.Мостище Николаевской волости Дисенского уезда. Его отец Юлиан Доминикович имел хутор, признанный местными властями образцовым, и участок земли в 18 га. К Юлиану Доминиковичу часто приезжал уездный агроном, который учил вести хозяйство, возделывать землю. Он доставил все тогдашние сельскохозяйственные машины: конный привод, молотилку, арфу, сеялки, плуги, катки. Агроном хотел поставить отцу кирпичный дом и выкопать пруд, но Юлиан Доминикович побоялся, что попадет в большие долги.

Отец Юлиан был грамотным, а потому ценил грамоту, и, имея много детей, он пустил в свой дом школу, чтобы и собственная малышка тоже могла учиться. Старшего сына Кузьму, обращая внимание на его неординарные способности, отдал в Дисненскую гимназию. В конце 1915 г., когда в Первой мировой войне на фронтах погибло много офицеров из дворян, в военные училища стали брать на учебу и из простого народа, лишь бы со средним образованием. Вот так послали Кузьму Юлиановича в Иркутскую школу прапорщиков. После окончания он попал на фронт под Ригу. За мужество в боях получил много наград, присвоено звание штабс-капитана. После Октябрьской революции вступил в ряды Красной Армии. Его деятельность высоко оценил известный военачальник Тухачевский. В 1920 г. Кузьма Крук вернулся в родную деревню. После заключения Рижского мирного договора поехал учиться в Вильнюс на юридический факультет Вильнюсского университета. Но закончить не пришлось. Он сразу активно включился в национально-освободительное движение, дружил с обществом белорусской школы, затем вступил в белорусскую крестьянско-рабочую общину. Здесь Кузьма активно сотрудничает с известными деятелями национально-освободительного движения: П.Метла, И.Дворчанином, Б.Тарашкевичем, В.Волошиным. Принимал активное участие в выпуске журнала “Молния”, который путем сатиры высмеивал польские власти.

Просматривая наш архив в музее книги и печати, мы находим в №30 газеты “Наша Правда” за 16 июля 1927 г. упоминания о земляке.  Эта газета революционно-демократического направления издавалась БСРГ. На первой странице в ней интересны сведения о Кузьме Юлиановиче. Из них мы узнаем, что он избран в городской совет города Вильнюса. И даже его кандидатура выставлялась на голосование при выборах мэра (президента) Вильнюса. Но сторонников поляков в Раде было больше, поэтому Кузьма Крук во второй тур не прошел. Эта ценная информация свидетельствует о широкой популярности Кузьмы Юлиановича между населения довоенного Вильнюса, где жило тогда много белорусов. В 30-е гг. Кузьма Крук во время выборов в польский сейм стал кандидатом в послы. Одев обычную крестьянскую свитку, он с пачками номеров (тогда бюллетеней не было) на коне развозит их по деревням Дисненщины, Миорщины, так как здесь его хорошо знали. Именно тогда, наверное, у него и появилось почетное прозвище «белорусский царь». Но в Сейм он не избран, польское руководство сфальсифицировало результаты. В 1938 г., когда власти окончательно подавили белорусское национально-освободительное движение, практически все отечественные организации перестали существовать. Кузьма Юлианович возвращается в родную деревню. Но д.Мостище находилась в пограничной полосе, поэтому польские пограничники даже выводили Кузьму Крука из Григоровичской церкви, куда он приходил на молебен. Как мы уже узнали из воспоминаний Тамары Андреевны Крук, советские власти тоже не доверяли бывшему громадовцу. В 1939-1941 гг. он работал в Алекшицкой семилетке учителем. Новое руководство, несмотря на нехватку кадров, не поставило бывшего активиста на руководящую должность. Во время немецкой оккупации Кузьма Юлианович продолжает учительствовать. Но в 1942 г. его арестовывает Дисенская полиция и помещает в тюрьму города Дисны. Как рассказывала Тамара Андреевна, Кузьма Юлианович находился за решеткой вместе с ее отцом, которого, как и других сельчан, освободил католический священник из Бобылева. Но Кузьму Крука оставили, так как командовал полицией бывший начальник польской пограничной стражи и теперь он получил возможность расквитаться с «белорусским царем». 27 мая Кузьма Крук расстрелян в Дисне. В 1944г. родственники перезахоронили его на кладбище возле д.Дригучи.

Петр Метла – деятель белорусского национально-освободительного движения

Знаменитые люди Миорского края

Петр Васильевич Метла родился в 1890 в деревне Кухтинцы. Начальное образование получил в церковно-приходской школе. В 1906-1910 обучался в Дисенском городском училище, в 1911-1912 — на педагогических курсах в Каунасе. Работал учителем на Дисенщине. В 1914-1917 служил в российской армии; учился в Алексеевском военном училище, юнкеры которого в 1917 выступили против большевиков. Арестован вместе с другими юнкерами. С конца 1917 до 1921 вновь учительствовал на родине и в Молодечненском районе с 1921-в Вильнюсе. Работал в кооперации. Участвовал в создании белорусских школ, устраивал белорусские спектакли, организовывал деревенскую молодежь. Его искренняя общественная деятельность сделала популярным среди белорусского народа. Поэтому и был избран от Блока национальных меньшинств послом польского Сейма в 1922 году, от Свентянского округа №64 был одним из организаторов Белорусского посольского клуба, во время заседания сейма последовательно защищал интересы белорусских крестьян. С 1926г. — член КПЗБ. Один из создателей и член ЦК БСРГ. Активно участвует в обществе белорусской школы. Продолжает работать в обществе белорусских легальных кооперативных организаций. Редактор общественных газет «Белорусское дело», «Наше дело». Автор публикации о поездке с послом Еремичем в 1924 в Минск.

Много разъезжает по Западной Беларуси, выступает с речами, призывает крестьян к борьбе за землю и волю. Несмотря на мандат посла, арестован 16 января 1927 года в Воложине польскими властями, по делу громады. Следственный судья на основании собранных доказательств сразу предъявил обвинение. В 1928 на «процессе 56-ти» получил приговор 12 лет тюрьмы. Благодаря обмену политическими заключенными, с 1930 в БССР. В 1932-1933 гг. председатель Комиссии по изучению Западной Беларуси АН БССР. Написал в 1932 году книгу «Об обществе белоруской школы и его борьбе». Арестован 1 сентября 1933 года по делу «Белорусского Национального центра». 9 января 1934 «как руководитель и организатор БНЦ» судебной коллегией ОГПУ СССР приговорен к расстрелу. Расстрел заменен 10 годами лагеря. Направлен на строительство Беломорско-Балтийского канала. Там умер 12 августа 1938г. К сожалению, память нашего знаменитого земляка никак не увековечена на его родине.

Флор Манцевич – борец за белорусчину

Знаменитые люди Миорского края

Его судьба начиналась, как и обычно у белорусских интеллигентов начала ХХ в., из крестьянской семьи. Отец Донат Павлович жил в Иказни и занимался хозяйством. Отличительная особенность Манцевичей — национальный патриотизм, жажда свободы. Юношей Донат Павлович принял участие в восстании Кастуся Калиновского. Революционный характер рано проявился и у его сына Флора. В 1901 г. на церемонии анафемы-отлучения от церкви Льва Толстого — одиннадцатилетний мальчик отказался петь в Священном хоре. Хотя семья Манцевичей и многодетная, родители приложили все усилия, чтобы их сын получил образование. Флориан имел способность к науке, он с отличием окончил народное училище и поступил в Полоцкую учительскую семинарию. Однако долго учиться не пришлось. За участие в забастовке в 1907 г. исключены с “волчьим билетом”. Только большое стремление к образованию позволило ему получить звание учителя. До 1914 г. преподавал в Двинском уезде. Постоянно стремился пополнить знания, в личной библиотеке появляются книги по астрономии, философии, искусству на немецком, польском, французском языках. Книжное сокровище Флор Манцевич сберегал через все лихолетья и невзгоды. Работая в российской школе, тем не менее вел активную деятельность по распространению белорусской книжки и языка. Подписчик и активный корреспондент “Нашей Нивы”. Под псевдонимом которым Перечка присылал туда многочисленные зарисовки, в которых защищал достоинство простого крестьянина, обвинял российский царизм в жестоком социальном и национальном угнетении белорусского народа. Хороший музыкант, он собирал белорусские песни, записывал деревенские мелодии. Свои материалы присылал известным композиторам В.Теравскому и А.Гриневичу.  В Первую мировую войну Манцевич на фронте служит санитаром. После Февральской революции 1917 г. он один из первых организовывает школы на белорусском языке. Здесь столкнулся с не менее жестоким, чем царизм польским шовинизмом. А в 1921 г., по условиям Рижского договора, Западная Беларусь вошла в состав Польши. И снова началась деятельность, на этот раз против польских властей, которые стремились уничтожить белорусский язык и его главную опору — белорусские школы. Да работая в польской школе, Флор Донатович по-прежнему пропагандировал родное слово. Выписывал западнобелорусские издания “Саха”, “путь молодежи”, “молния”. Поэтому польские власти не давали работать на одном месте. Его переводят из Иказни в Нивники, а в 1935 г. — в Старые Крюки. Приезжая, польский школьный инспектор всегда спрашивал его: «а какой вы национальности”. Манцевич всегда отвечал: “Я белорус”. Высоко одаренный человек, он и у своих учеников развивал способности. Об этом с особой теплотой вспоминал позже его подопечный — народный артист СССР, известный белорусский композитор и музыкальный деятель Геннадий Иванович Титович. Флор Донатович сплачивал людей к борьбе за белорусскую национальную культуру. Несмотря на притеснения польских властей организовывал спектакли, концерты на родном языке.

Даже спустя полвека уже зрелые его ученики хорошо помнили учительский патриотизм. Господин Манцевич не только давал знания, он был советником и врачом родителей своих воспитанников. В народе до сих пор живет название «Флорова Криница» — сруб для нее сделал учитель. Широкая известность Флора Донатовича, большой авторитет как борца за народ содействовали его выдвижению в 1939 г., после освобождения Западной Беларуси от польских властей, депутатом на Народное собрание в Белосток от Миорского избирательного округа. 29 октября на утреннем заседании он выступил с речью о вхождении Западной Беларуси в состав БССР. Последний предвоенный год Манцевич преподавал в Малой Ковалевщине, организовал районные курсы подготовки учителей белорусского языка, вел большую общественную работу. На второй день после оккупации нашей местности по доносу предателя он арестован. Последние, кто видел учителя, свидетельствуют о его достоинстве и покое. Зная о своей смерти, гуманист ничего не сделал для собственного спасения, ведь в доме, где жила его многочисленная семья, прятались красноармейцы. Казнен в Полоцке 30 июля 1941-го на 51-м году жизни. К сожалению, имя этого человека никак не увековечено в нашей местности.

Иосиф Малецкий

Знаменитые люди Миорского края

Родился 12 января 1906 г. в крестьянской семье в деревне Якужи. Учился сначала в Милошовской начальной школе, потом окончил гимназию имени Стефана Батория в Друе, получил высшее медицинское образование в Вильнюсском университете. За свой счет издавал белорусские календари и книжки. В нашем музее книги и печати хранится один из таких календарей за 1933 г. Иосиф Малецкий работал с 1935 г. врачом, преимущественно на железной дороге, перед войной специализировался по акушерству и гинекологии в Варшаве.  С началом Второй мировой вернулся в Вильнюс. Сначала работал в Гродно, потом руководил медицинской школой в Барановичах. Затем принудительное представительство Белорусского Центрального совета по Вильнюсскому округу и вынужденная эмиграция сначала в Германию, а потом в далекую Австралию.

Со студенческих лет принимал участие в белорусском культурном и национальном движении. В Германии стал инициатором и главным организатором “объединения белорусских врачей на чужбине”, редактировал журнал “Медицинская мысль”. В Австралии был членом первого управления Белорусского объединения в штате Новая Южная Валия, писал материалы и помогал в издании месячника “Новая жизнь” в Сиднее. В 1965 г. был среди первых организаторов и членов первого управления Белорусского культурно-общественного клуба, на приобретение здания для которого в 1973 г. пожертвовал значительную сумму.  Возглавлял федеральный совет белорусских организаций в Австралии. Активно помогал устроиться белорусским и другим эмигрантам, при этом лично занимался врачебной практикой. Всегда и везде проявлял себя как белорус, издал в 1976 г. в Торонто книгу «Под знаком погони», печатал воспоминания, медицинские и публицистические статьи. На средства семьи Малецких в 1992 г. Приобретен для костела в Друе колокол.

Умер Иосиф Малецкий 6 июня 1982 г. в далекой от родины Австралии. Теперь от его дома не осталось и следа. От д.Якужи, где жило в 30-е гг. 50 человек, сохранились только два жилых дома.

Геннадий Титович – композитор с Нового Погоста

Знаменитые люди Миорского края

С Новым Погостом связано детство знаменитого белорусского композитора и фольклориста Геннадия Ивановича Титовича. Он родился 25.07.1910 г. учился в Новопогостской школе, Виленской консерватории в 1936-1939 гг. В 1939-1941, 1945-1951 гг. редактор областного радио, консультант Дома народного творчества. В 1952 г. в деревне Великое Подлесье Ляховичского района создает народный хор, реорганизованный в 1959 г. в Белорусский государственный ансамбль песни и пляски, а в 1964 г. – в Государственный хор БССР, которым Титович руководил до 1974 г. В 1974-1975 гг. старший научный сотрудник Института искусствоведения, этнографии и фольклора АН БССР. Вел большую собирательскую, научную, пропагандистскую деятельность, записал более трех тысяч белорусских, русских, украинских и других песен. Народный артист СССР, Народный артист БССР. Награжден Государственной премией БССР в 1968 г. Умер 21.06.1986 г. Сейчас в Новопогостской школе знаменитому композитору посвящен музей. Для исторического музея СШ №3 кружковцы отыскали ноты, дарованные Титовичу известным деятелем национально-освободительного движения Флором Манцевичем, сыгравшим главную роль в увлечении маленького Геннадия музыкой.

Профессор – художник Вячеслав Шамшур

Знаменитые люди Миорского края

Родился будущий художник в Птицких в 1942 г. как и многие другие ребята, окончил среднюю школу в Миорах, и уже тогда начинал проявляться талант. В школе Вячеславу нравилась география, рисование, история, родная литература. До поступления в институт ремонтировал дороги, грузил гравий, работал пионервожатым в детском доме в деревне Александрова. Потом учился на художественно-графическом факультете Витебского пединститута, который окончил в 1970 г., а в 1978 — м за плечами аспирантура Института искусствоведения, этнографии и фольклора АН БССР. С 1970 г. работает в Витебском государственном университете, звание доцента получил в 1984 г., профессора — в 1993-м. заведовал кафедрой методики прикладного изобразительного искусства. Наш земляк-один из первых белорусских исследователей творчества Малевича, Шагала, Лисицкого и других художников в послереволюционном Витебске. С 1977 г. печатал свои опыты в периодических изданиях. Об исследовательском таланте Вячеслава Шамшура свидетельствует его монография “Об агитационно-оформительном искусстве Беларуси” (1989), раздел 6-го тома «Истории белорусского искусства», ряд научных статей в периодической печати по этнографии и искусству Беларуси, методических и учебных пособий. Вячеслав активен в творческой деятельности, с 1986 г. участвует в художественных выставках, работает в станковой графике (пейзаж, портрет, натюрморт). Индивидуальные и художественно изысканные серии его графических работ «Дорога на Миоры», «Набережная в Миорах», «Витебск и Витебщина», отдельные картины – «Зимние картинки» (1986), «Скоро в теплые края» (1987), «Развлечения детства. Прялка»(1987), «Околица»  (1988), «Пасхальное утро»  (1990), «Вечерняя литургия» (1996) и др. Произведения отличаются выразительностью пластического языка, национальным колоритом, эмоциональным настроением. В своем большинстве они направлены на возрождение национальной духовности. Преобладают мотивы родной Миорщины и абдоминальной земли, с которой тесно связана его судьба.

Художник награжден Почетной грамотой Министерства просвещения БССР и значком “Отличник народного просвещения”. Сейчас живет в Витебске и работает профессором кафедры дизайна, декоративно-прикладного искусства и технической графики государственного университета имени П. М. Машерова. Часто приезжает на родную Миорщину. В учебно-методическом пособии «Образный мир пастели» он написал:”судьбой суждено родиться мне на Миорщине, в скромном, но по-своему красивом уголке Витебщины, который называется белорусским Поозерьем».

Любовь и восхищение природой жили в его душе с детства. Читал книжки об окружающем мире, особенно нравилось «по следам Робинзона» академика Верзилина, где дается подробное описание природы. Там помещены советы, например, как испечь хлеб из корней кувшинок, как из коры березы гуталина сделать и другие интересные вещи для друзей живого окружения. Очень чуткой к природе была мать Вячеслава Шамшура. Знала названия разных растений и ему прививала любовь, как могла. Способствовало творческому мышлению будущего художника Дедова кузница. Там он наблюдал, как железо превращалось в полезные вещи – подковы, щеколды, кочерги. Мечтал в детстве и геологом стать-камни собирал по полю.

Все увлечения Вячеслава Шамшура связаны с природой. Ему хотелось сохранить окружающую красоту. Интерес к рисунку наиболее проявился в школе. С большим уважением он вспоминает историка Петра Никифоровича Солоху, который создал кружок рисования, где и занимался будущий художник. Благодарен он также неравнодушному к кисти физику и завучу Александру Иосифовичу Капитанову, который после отъезда Солохи стал учительствовать в этом творческом кружке.

Вячеслав Шамшур учился во время социалистического реализма. Сейчас старается вырваться из плена конкретных изображений, создает нечто более обобщенное, лишенное прямой изобразительности, абстрактное. Проявление чувств, по мнению профессора, зависит не от формы, а от самого автора и его умения передачи. Остроумное слово и искусство одинаково выражают чувства, органично сочетаются и очень влияют на человека.

Художник считает, что смысл жизни-это хороший след после себя, семья, где самое важное-взаимопонимание. Дочь пошла по отцовской тропе, получила высшее художественно-графическое образование, работает в области графики, преподавала историю искусства, рисунок, графику в средней школе Витебска с художественным уклоном. Автор экспозиции ”Женщина в графике».

Вячеслав Шамшур ежегодно принимает участие в пленэрах, общих и персональных выставках, первая из которых, посвященная памяти мамы, состоялась в Миорах в 1991 г. никогда не имел целью подсчитывать свои картины. Многие из них хранятся в частных коллекциях в Голландии, Америке, Польше. Многие в авторской мастерской в ожидании новых выставок, а многие представлены друзьям и знакомым, Несколько — и историческому музею нашей школы.

Елена Масло

Знаменитые люди Миорского края

Милашова является родиной современной белорусской писательницы Елены Масло, которая здесь появилась на свет в 1967 г. училась сначала в Милошовской восьмилетней школе, где учительствовали ее родители-филологи. Именно они главным образом повлияли на развитие любопытства Елены к литературе и творчеству. После окончания в 1984 г. СШ №2 в Миорах поступает на журфак Белгосуниверситета, который успешно окончила в 1989 г. Сначала работала фотокорреспондентом газеты «Пионер Беларуси», редактором краеведческого отдела газеты «Туризм и отдых», редактором отдела «Качели», главным редактором газеты для подростков «Переходный возраст» и журнала «Березка», заведующая отделом детской литературы издательства «Художественная литература». С 2009 по 2013 гг. дружила с Союзом писателей Беларуси. Елена Масло начала печататься еще в 10 лет в районной газете «Знамя труда» , в детских газетах и журналах «Пионер Беларуси», «Радуга», «Березка», «Пионерская правда» и др. Первая книжка — сказка молодой писательницы напечатана в 2005 г. под названием «Тайны заброшенного домика». Потом увидели свет новые издания «Рождество с крестной», «Путешествие с божьей коровкой», «Как иони Камышная в гости в Палангу бегала», «Крыса Фэлик путешествует». Последняя ее книжка, которая совсем недавно увидела свет —  «Меня зовут Лахнеска», «Кроме того, наша землячка много печаталась в журналах», «Молодость», «Глагол», «Пламя», газете «Литература и искусство». За отличное творчество для детей отмечено многочисленными наградами: премией «Золотой Купидон», дипломами читательских симпатий, по результатам опроса газеты «Наша ніва» ее книги признаны лучшими в номинации детской литературы. Елена Масло прослыла организатором Милошовско-Милошевских чтений, которые имеют большое значение в популяризации истории родных мест и культуры Беларуси. Писательница из Милашова интересовалась деятельностью нашего кружка и музеев, популяризировала нашу работу в своих статьях.

Иван Кунцевич

Знаменитые люди Миорского края

Иван Иванович Кунцевич родился в 1948 году в Новом Погосте. Учился сначала в родной деревне, потом в Калининграде, где окончил школу и технический институт рыбной промышленности по специальности инженер-технолог. Работал на Рижской базе рефрижераторного флота. Ходил на рыбоперерабатывающих плавбазам мастером, инженером-технологом, помощником капитана по производству. Море покрыло глубокий след в его биографии и иллюстрировалось в творчестве. Печатался в газетах «Рыбак Латвии», «Русское слово», в альманахах «Русло», «Сонет», «Светоч». Автор поэтических сборников «Пляска зори»(1999), «Я прибегу к воротам рая» (2001), «Ревность» (2003), «Жасминовый дождь» (2007), «В русле жизни» (2012), «Роман сердце», «Встреча» (2013), «Хор белых яблонь», «Тайна жизни. Биороботы», «Радость, которую ты подаришь», «Солнечная нить», «Океан любви». Для его творчества характерна импульсивность, экспрессивность, сближающая с русскими поэтами «Серебряного века». Многие стихи выделяются своим музыкальным ритмом, точностью форм. В Интернете на сайте «Проза.ру» опубликовал книгу «Заметки о поэзии», отрывок из которой вошел в международный сборник «Русская проза» (2012, Рига, «Светоч»). С 2002-член Российского мижрегионального Союза писателей Санкт — Петербурга, член Международной ассоциации писателей писатель публицистов. Рижские компании на стихи Ивана Кунцевича создания много чувственных, мелодичных песен. Наибольшие сознательные из них: «Не люблю я холодную осень» (музыка Н. Рахмановой), «Не уходи», «Рябина».

Миледий Кукуть

Знаменитые люди Миорского края

Писатель и поэт Миледий Николаевич Кукуть родился в 1953 году неподалеку от деревни Усовцы, учился в Новгородской школе. Потом семья переехала в Шарковщинский район. Окончил Белорусскую сельскохозяйственную академию, работал инженером-механиком, председателем колхоза. Сейчас работает в управлении сельского хозяйства Шарковщинского райисполкома. Творчеством начал заниматься почти в сорок лет. Проза и стихи Миледия Кукутя печатались в местной печати, областных и республиканских изданиях. Первая его книга «Один день и всю жизнь» вышла в 1997 году, стихи и повесть «Чистота души» в 2008 году. В сборниках вышли его повести «Майская ночь», «Жатва», «На седьмом небе». В своих произведениях он показывает прелесть белорусской природы, а в художественных повестях писатель на современном материале показывает бессмертие нравственных ценностей, побеждающих зло.

Наталья Бучинская

Знаменитые люди Миорского края

 Младшая дочь из семьи учителей-филологов из Милашова также стала детской писательницей. Родилась Наталья Масло в 1970 г. училась в Милошовской базовой школе, средней школе № 2 города Миоры. В 1993 г. окончила филологический факультет БГУ. Первое произведение напечатано в районной газете “Знамя труда” в 1986 г. Позже ее рассказы увидели свет в журналах “Вяселка”, “Березка”, “Островок”, в сборниках произведений для детей.  В белорусских издательствах вышли книжки Натальи Бучинской: “Волшебные бусинки”(2006), “Приключения маленькой машинки” (2011), “Незабываемые встречи с овцой Аделей” (2013), “Аттракционы для водяного: были и небылицы о жизни надводной и подводной” (2015). В творчестве милошовской сказочницы чувствуется влияние красивой и таинственной природы и истории мест ее детства.

Николай Богданов

Знаменитые люди Миорского края

Родился Николай Прокофьевич в деревне Войница Белыничского района Могилевской области в семье колхозников в 1947 году. После десятилетия окончил Могилевскую советскую партийную школу, позже Минскую партийную школу. Работал заместителем председателя колхоза «Ленинский призыв» Белыничского района, потом заместителем председателя колхоза «Октябрь» на Миорщине. В течение двадцати шести лет был председателем Новопогосткого сельсовета. Выйдя на пенсию начал заниматься личным хозяйством и пчеловодством. С молодости начал печататься сначала в местной печати, потом в газете «Звезда», «Друг пенсионера», в районной газете “Знамя труда”, а потом в “Миорских новостях”. В последние годы свои произведения начал издавать отдельными книгами. Пишет преимущественно свои рассказы и стихи на белорусском языке. Первая книга, которую Николай Богданов напечатал в 2015 г. под названием «В жизни чего только не бывает» имела тираж 100 экземпляров, объем 138 страниц. В издании помещены короткие рассказы, стихи и юморески. В первом разделе книги, который называется «Все о любви» помещены 14 небольших рассказов, которые знакомят читателя об этом трепетном чувстве в отношениях между мужчиной и женщиной. Главный смысл этих произведений, что любовь не подвластна никаким правилам, она особенная в каждом случае, и для каждого человека отдельно. Во втором разделе «О природе и человеке» Николай Богданов с особой теплотой пишет об отношениях человека и природы, необходимости сберегать природное богатство, иначе природа не прощает. Интересно читаются рассказы из раздела «Из жизни прошедшего и современного», автор записал их вроде бы просто из самой жизни. В разделах «Приколы», «Мелочи с натуры» помещены юморески и шутки. В последнем разделе книги «Не могу забыть» помещены стихи разнообразного содержания, особенно много их посвящено родному краю и любви. Вторая книга Николая Богданова под названием “Колеи” увидела свет в столичном издательстве “Кнігазбор” в 2018 году. Ее тираж 99 экземпляров, объем 100 страниц. В книге помещены, как и в предыдущем издании, стихи, зарисовки, юморески. Главная суть произведений в названии самой книги, что у каждого человека бывают свои колеи, которые не обойти и не объехать, но каждый может их преодолеть. Как и в предыдущей книге большинство сюжетов взято автором из самой жизни, каждый рассказ имеет очень глубокое поучительное содержание.

Николай Даргель

Знаменитые люди Миорского края

Николай Николаевич Даргель родился 14 января 1941 года в деревне Дворище, которая находится в Новопогостском сельсовете. Сейчас там остался только один дом. Учился в Волковщинской школе. После окончания в 1959 году Минского архитектурно-строительного техникума всю свою жизнь связал с профессией строителя, пройдя путь от обычного рабочего к руководителю. В 1974 году окончил Белорусский политехнический институт. Во время службы в армии наш земляк строил разнообразные объекты в Сибири, потом активно занимался строительством на Лидчине, Молодечно, а после Чернобыльской аварии строил жилье для переселенцев с загрязненных радиацией территорий. Уже выйдя на пенсию, Николай Николаевич стал организатором и строителем величественного Свято-Успенского собора в Молодечно. Поэтическим творчеством активно стал заниматься, когда пошел на заслуженный отдых. За 15 лет Н.Даргель напечатал пять сборников поэзии: «Тебе поклон, мой дом родимый» 2001 г., «Грустинка в тишине» 2004 г., «О, Русь ты Белая моя» 2006 г., «Души Утомленные порывы» 2010 г., «Но мы пока еще гусары» 2016 г. Главная тема его творчества – Родина, красота родной земли, притягательность родного дома. В стихах нашего земляка много размышлений о сущности жизни, взаимоотношениях между людьми, любви.

Петр Белорус

Петр Белорус-именно под таким псевдонимом писал наш земляк Петр Еленский в газету “Наша Ніва”. О нем почти нет сведений. Известно только, что жил в деревне Мирщина Леонпольской гмины. Его первые корреспонденции начали появляться в газете с 1913 г. Петр Еленский сочинял стихи, зарисовки, шутки и другие произведения до середины 1915 г. Его рассказ “Яким Обездоленный” вышел экземпляром в знаменитой типографии Мартина Кухты в Вильнюсе.  В нашем музее книги и печати находится копия этой книги. В произведениях «Слухи из-под Дисны», «Убийство», «В кузнице», «Целительство от бедности» выступал против безграмотности и бескультурья белорусской деревни, поднимал тему социального неравенства, показывал рождение в сознании крестьян протеста против порядков царской России. Рассказы П.Еленского вошли в хрестоматию по белорусской дореволюционной литературе.

Петр Простой-священник и писатель из Дедина

Знаменитые люди Миорского края

Ильдефонс Бобич… Теолог, белорусский религиозный писатель, драматург, публицист, переводчик. В литературе он известен как писатель Петр Простой.

Родился наш земляк Ильдефонс Бобич 22 января 1890 г. в деревне Дедино Дисенского уезда Виленской губернии. Его отец Константин был небогатым крестьянином. На местном кладбище друзья археолога-краеведческого кружка «Аргонавты прошлого» еще в 1987 г. отыскали могилы отца и матери И.Бобича и хорошо упорядочили их. Первоначальное образование земляк получил в Милошовском народном училище. Позже продолжил учебу в Ковенской гимназии, которую окончил в 1909 г. Именно здесь в начале белорусского Возрождения он увлекся отечественным народным наследием, культурой, историей. Литературное творчество Ильдефонса Бобича началось 25 января 1907 г., когда в газете «Наша ніва» напечатано его рассказ «Слезы». В этом произведении мы можем упомянуть события местной истории, под барским дворцом показан дворец Рудницких в Дединке. В зарисовке “Слезы”, также напечатанной в «Нашей Ниве», автор писал: “тяжела твоя участь, бедный мужик! Длинные веки несешь свой нелегкий крест! Но придет час-и ты порвешь оковы, в которые заковали тебя мучители, высоко поднимешь свой штандарт за свободный труд, за лучшую долю, за новую свободную жизнь”. Некоторые его иконки переведены на украинский язык. Дебют состоялся, однако он не вскружил головы молодому парню, не помешал ему услышать в своем сердце тихий, но настойчивый голос небес, которые звал его. В те дни он написал: «мое юношеское сердце колеблется-как быть. Пан зовет меня. Пан хочет, чтобы я свою жизнь посвятил ему. Как быть? Наверное, выбор один-ответить согласием.» В 1909 г. юноша поступил в Виленскую духовную семинарию, где проявил себя способным учеником, добрым клериком. Как лучшего студента Бобича направили на дальнейшую учебу в Римский католический университет, где он учился с 1911 по 1913 гг. Там получил благословение Папы Римского Пия Х для всего белорусского народа, а также для издания белорусской католической газеты «Беларус» («Biełarus»), выходившей на латинице в Вильнюсе с 1913 по 1915 гг. В газете «Беларус» довольно часто помещались статьи И.Бобича, преимущественно на религиозные темы. Он печатается в газетах «Наша Ніва», «Наше мнение», «Беларус». Его произведения «Воля», «Иконки», «Сокровище», «Мысли в чужой странице», «В Рождественский тихий вечер», «Новогодние думы», «Куча денег» замечены и высоко отмечены известными литературными критиками, сначала Сергеем Полуяном, а позже Максимом Богдановичем. Вот как написал о писателе-священнике знаменитый песняр Богданович: «у одного только Петра простого есть истинная способность «Главное достоинство его в стройном развитии мысли, в сжатости и звучности языка, необычайно пенкной по своему составу».

В 1914 г. вышла брошюра Петра Простого «Зачем белорусам газеты?», в котором он размышляет о важности родного слова как источника знаний, информации, как средства воспитания сознания и просвещения. Это издание находится и в нашем музее книги и печати.

27 июля 1915 г. состоялась примитивная месса в Друйском костеле и до последних дней жизни Ильдефонс Бобич (Петр Простой) посвящает себя Господу. Отныне он направляет все свои творческие способности, чтобы родной язык зазвучал в церкви. И она звучит в его проповедях в Друе, Идолта, где работает настоятелем, в Миорах. Об этом пишет в своей книге “родной язык в святынях” ксендз Адам Станкевич. В 1917 г. Петр Простой составляет драматическое произведение «Свекровка», напечатанное только через 75 лет в журнале «Свитязь». С 1920 г. кс. Бобич служил викарием кафедрального костела в Вильнюсе. В это время здесь проходил съезд Белорусского католического духовенства. Среди его организаторов и активных участников был и ксендз Ильдефонс Бобич, выступавший с рефератом о белорусском религиозном издательстве. Съезд принял ряд решений, в которых предполагалось расширить использование белорусского слова в костеле. Предлагалось ввести родной язык в Виленской духовной семинарии, а также добиваться от Святого Престола назначения на должность епископа-суфрагана кого-то из белорусских священников. Постановление передано епископу Матулевичу, который пообещал по возможности поспособствовать его осуществлению. Вскоре после съезда в Вильнюсе возникла организация священников-белорусов «Светоч», которая сразу же запрещена польским комиссаром правительства Вильнюса. Ксендз Бобич много работал для того, чтобы как можно больше священников пригорнулись к белорусскому делу. Он написал и представил рецензентам работу” воскресные Евангелия и науки » в трех томах. Цензор ксендз профессор А. Крайялис согласился на печатание книги, но секретарь епископской курии И.Халецкий, прежде чем дать цензорское разрешение к подписи епископа, прислал письмо в Варшаву иезуиту Щепанскому, у которого спрашивал, можно ли это выдавать? Ответ был отрицательный, но кс. Крайялис написал епископу Матулевичу о безосновательности запрета, и кс. Бобич получил разрешение на издание своей работы.

Одновременно со службой в кафедральном соборе кс. Бобич преподавал в Виленской духовной семинарии. В душе пастырстве он широко послуживал белорусским языком, а это, как известно, не нравилось ни тогдашним властям Вильнюса, ни многим полякам.

В 1923 г. ксендза-доктора Бобича назначили настоятелем в Германовиче, что на Дисенщине (ныне Шарковщинский район). Наверное, он неслучайно попал именно туда, где в соседних приходах работали белорусские священники (в Бородиничах Виктор Шутович, в Задорожье Франтишек Ромейко, в Лужках Язэп Германович, в Шарковщине Зенон Якуть, в глубоком Антони Зенкевич). Конечно же, кс. Ильдефонс Бобич также произносил белорусские проповеди. Он обучал в местной школе, сплачивал вокруг себя молодежь, создал молодежную организацию. Еще и сейчас в Германовичах старшие люди тепло вспоминают своего бывшего священника, помнят его чудесные проповеди, человеческую доброту и обаятельность. Отец Иосиф Германович упоминал, что после кс. Бобича другим было трудно говорить проповеди, ведь священник имел потрясающий дар оратора, дар убеждения. Но польские власти начали проводить наступление на белорусский язык. Началось преследование белорусов-священников, перевод их в центральную Польшу. И поэтому Ильдефонс Бобич должен был выбрать: или служить Богу, который призвал его, или Беларуси. Он выбрал первое. Исчезли его белорусские проповеди, сейчас свои произведения преимущественно теологического содержания он пишет на польском языке. В Германовичах наш земляк подготовил к печати на польском языке книгу » в школе нищего из Ассиза. Поучения для тертиаров францисканских»” Издание объемом в 360 страниц увидело свет в 1930 г. в книжном магазине святого Войцеха в Вильнюсе. Экземпляр этой книги находится и в нашем музее. О польскости И. Бобича, о его отходе от белорусскости с обидой писал в 1926 г. корреспондент из Германовичей в “Белорусский источник”.

В 1930 г. и. Бобич направляется священником в Ивье, возглавляет Вишневский деканат. В Браславском районном музее находится тетрадь его воспоминаний о путешествии в Рим” с обратным билетом», также на польском языке.

Особенно плодотворно он начинает работать на ниве белорусчины во время немецкой оккупации. Именно тогда И.Бобич написал два тома проповедей: «Родной язык в костеле» и «Научите все народы». Священник планировал создать еще четыре тома, но арестованный фашистами, много месяцев провел в Лидской тюрьме. Допросы и пытки гестаповцев подорвали здоровье. Внезапная смерть 28 апреля 1944 г. помешала талантливому священнику-писателю реализовать все планы и замыслы. Похоронен наш земляк на погосте костела в Ивье. Моя первая статья про Петру простого написана еще до столетия со дня его рождения в 1990 г. В нем звучит призыв почтить родоначальника белорусской литературы на Миорщине, но и через 25 лет память так и не увековечена: ни вывеской, ни памятным знаком, ни названием улицы. По-прежнему мало кто знает имя писателя Петри простого.

Петр Синявский

Знаменитые люди Миорского края

Родился наш земляк-писатель в имении Мёры (сейчас Клётов Двор) в 1946 году. С детства работал, учился в Мерской школе рабочей молодежи, заочно окончил журфак БГУ. Работал корреспондентом областных газет “Витебский рабочий”, “Наше слово”, печатался в различных изданиях.

“Зачарованное хозяйство” — эту книжку нашего земляка, журналиста и писателя подарила в музей книги и печати от всей семьи Синявских его жена Саломея. Вторая книжка — «Сказки хозяина Петра из-под Полоцка “ — увидела свет в издательстве “Художественная литература” в 2013 году. Сказки, собранные в этой книжке, впечатляют своим самобытным, сочным, метким белорусским языком. Сказочные события тесно связаны с современностью. Приключения, диковинки, путешествия в поисках счастья и смысла жизни будут интересны и детям, и взрослым. В послесловии наша землячка-писательница Елена Масло с умилением повествует об авторе Петре Синявском.. Нить жизни писателя преждевременно оборвалась после неизлечимой болезни в 2008 году. При жизни ему так и не пришлось напечатать свои произведения отдельным изданием, но они увидели свет после смерти автора. Значит, их ценность не угасла для будущего и будет и впредь увлекать своим языком, интересным сюжетом, теплотой чувств. Прекрасное художественное оформление книжки, выполненное Марией Каратаевой, придает изданию еще большую сказочную необычность.

Писатель Франц Сивко

Знаменитые люди Миорского края

Наш знаменитый земляк-писатель Франц Сивко родился 3 мая 1953 г. в д.Вята. Первое образование получил в Межреченской начальной школе, где учительствовал бывший ученик Друйской гимназии Антон Феликсович Пупин. Именно его белорусскость оказала на малыша деревенского мальчика значительное влияние. Учитель прививал любовь к Родине и воспитывал у учеников белорусское самосознание так, как это делали ксендзы-Мариане в Друе.

Среднее образование Франц получил в уездной школе. В 1970 г. он поступает, а в 1975 г. успешно заканчивает филологический факультет Белгосуниверситета.  В течение пяти лет преподавал русский язык и литературу, этику, был организатором внеклассной и внешкольной работы в средней школе № 2 г. Верхнедвинска. 

 С 1980 г. Ф. Сивко переезжает на постоянную жизнь в г. Витебск, где учительствует в средних школах № 29, 30, 12, работает заместителем директора по учебно-воспитательной работе, в Бюро пропаганды художественной литературы Союза писателей Беларуси, в редакции Областной газеты “Витебский рабочий”. 3 1993 г. преподает белорусский язык в Витебском государственном технологическом университете.

 За активную гражданскую позицию, белорусское самосознание в 2010 г. администрация университета не продлевает контракт с Францем Ивановичем на дальнейшую преподавательскую деятельность, и он какое-то время работал при Витебском костеле Иисуса Милосердного, а после приглашен на должность корректора в издательство католического журнала “Аve Maria” и сегодня является его собственным корреспондентом по Витебской области. В течение ряда лет Ф. Сивко дружит с Советом Общества белорусского языка Витебщины. С 1993 г. он член Союза белорусских писателей, Белорусского ПЕН-центра. С 1999 по 2009 гг. Франц Иванович Сивко избран председателем Витебского областного отделения Союза белорусских писателей.

 Постоянную литературную работу наш земляк начал в 1983 г. стал автором книг прозы “С чем придешь” (1991), “Последнее путешествие в страну ливов” (1997), “Удог” (2001), “Ягненок жертвенный” (2003), “Асимметрия” (2005), “День Бубна” (2008), “Острова” (2011), книжки для детей младшего школьного возраста “Белячик” (2003). Ф. Сивко — один из авторов коллективных сборников “Двина”(1992, 2000), “Корни” (1994), “Край” (1997), многочисленных литературно-художественных публикаций в еженедельниках “Литература и искусство”, “Наша Ніва”, журналах “Маладосць”, “Глагол”, “Пламя”, “Беларусь”, “Неман”, “ARCHE”, конфессиональных изданий “Наша вера”, “Ave Maria”.

 Франц Сивко является автором публицистических статей по проблемам современной жизни, в частности языковой ситуации в стране, сохранения духовного наследия и др. Переводился на русский, осетинский, болгарский языки. В своем творчестве писатель рассматривает морально-этические и социальные проблемы, исследует особенности ментальности белорусского общества на переломных исторических этапах в контексте общечеловеческих ценностей. Творец предпочитает жанр притчи и короткие записи-эссе.

 Наш земляк-лауреат региональной литературной премии имени В. Короткевича. Музею книги и печати Франц Иванович подарил не только свои издания с автографами, но и печатную машинку, на которой работал над своими первыми книгами.

Поэт Павел Сушко

Знаменитые люди Миорского края

Родился будущий поэт 20 ноября 1909 г. в деревне Сушки Дисенского уезда. С детства претерпел нищету, так как был внебрачным сыном, рос без отца, поэтому много работал, зарабатывая на горбушку хлеба. Учился в Чересской начальной школе. Большое влияние на него оказал Флор Манцевич. Работал П.Сушко в сельском хозяйстве, начал печататься в западнобелорусских прогрессивных газетах достаточно поздно, с 1938г. в стихах и заметках выступал против национального и социального гнета. В Виленской академической библиотеке хранится рукописный сборник его стихов, подготовленный в 1939г. под названием «отголоски». После 17 сентября 1939 г. поэт председательствовал в Чересском сельсовете, организатор колхоза”боевой партизан». В войну стал связующим отряда «Москва», потом Партизаном 4-й Белорусской партизанской бригады. Под псевдонимом Язэп Севня писал в подпольную газету “Зов Партизана”. Его стихотворение «Марш белорусских партизан» стало гимном народных мстителей. В нашем музее книги и печати хранится еще один рукописный сборник поэта, стихи написаны в разные годы. После войны продолжал печататься в местной, областной и республиканской печати. Стихи Павла Сушко «Тропинка», «Ой, шла девушка» положены на музыку. В 1965 г. некоторые его произведения напечатаны в сборнике «Флаги и факелы». Умер поэт в 1974 г. По дороге к д.Липовка посещаем Чересское кладбище, где нашел вечный упокой Павел Сушко. «Не сделал я людям злого», — такая надгробная надпись на скромном памятнике поэта. Более знаменитым стал его сын Петр.

Поэт-гимназист Дмитрий Косатый

Знаменитые люди Миорского края

 Родился Дмитрий Косатый 3 августа 1914 года в Дисне, об этом свидетельствует метрики о рождении выданные ксендзом римско-католическому приходу Балабаном. Но есть мнение, что будущий поэт родился у российско-прусской границы за Неманом, где его отец Алексей Касатый в это время служил пограничником. В 1921 году мальчик остался сиротой. Отец попал в немецкий плен, вернулся домой больной туберкулезом и в 1921 году умирает. В наследство от отца осталось лишь 1,5 гектара земли в д. Подлипки у Лужков. Мать Янина из рода Кывка бралась за любую работу чтобы выучить сына. Настойчивость Дмитрия и его матери позволила ему успешно завершить учебу в гимназии. Иногда ему нужно было брать перерыв в учебе, чтобы заработать на учебе, тогда он пас коров и занимался сельскохозяйственными работами у дяди. Положение изменилось, когда Дмитрий Косатый начал писать стихи в журнал Диненской гимназии “Наш голос”. Директор гимназии Станевский сделал все, чтобы освободить талантливого ученика от оплаты за учебу. Настоящую моральную и материальную поддержку для начинающего поэта оказал преподаватель польского языка и литературы Цыпс. Первое стихотворение Касатого под назвй «сегодня я один “было напечатано в журнале” Наш голос» №1 за 1931\1932 учебный год. В 1931\1934 года он уже заместитель редактора журнала, а в следующем году избран его редактором. Большую популярность начинающему поэту принесла книга на польском языке “Свентоянские огни”, напечатанную дякуя спонсором в 1935 году. Когда Цыпс переехал преподавать в гимназию Навгородка. То вместе с ним переехал и молодой поэт. В 1937 годе заканчивает гимназию и поступает учиться в Варшаву. Его стихи печатаются в журналы молодых польских литераторов ”Молодые перья». Во время немецкой оккупации занимается сельским хозяйством,

В марте 1945 года мобилизованы во 2-ю армию Войска Польского. Принимал участие в боевых действиях против фашистов. Демобилизован 10 октября 1945 года. С 1947 года работает в Вальбжиге руководителем культуры и образования. С 1952 года исполняет обязанности директора художественных выставок до выхода на пенсию в 1976 годе. После войны занимался поэзией лишь периодически. Умирает в 1993 году.

Рышард Курильчик

Знаменитые люди Миорского края

Рышард Курильчик — писатель, известный не только в Польше, автор необычных исторических романов и повестей, которые в краткой форме охватывают огромные временные и территориальные просторы истории. В его творчестве преобладают сдержанность формы и примат содержания. Он ищет ответа на многочисленные загадки истории, над которыми бьются исследователи разных эпох. Однако делает это не только на основе исторических сведений, но и художественно увлекательно. Недаром в Польше его называют последним из мягикан в области исторической прозы. А родился Рышард Курильчик 18 мая 1945 г. в д.Дедино на нашей Миорщине. Позже его родители переехали на постоянное место жительства в Польшу. Рышард получил образование инженера-конструктора, отличный специалист по строительству крупных электростанций, включая атомных. Знаменитый польский политик, государственный деятель, работал на различных высоких должностях, в частности воеводой Слупским и Поморским, заместителем министра в Варшаве. Автор исторических книжек «Секретные архивы короля королей», «Иерусалим, Иерусалим», «Последний апостол», «Папа», «От Марафона до Ордерики» и др. Белорусскому читателю он известен по переводу на родной язык повести «Славянский канун» и «Несгибаемый из Назарета». В Польше его называют последним мягиканином исторической прозы. Даже сравнивают со знаменитым Генрихом Сенкевичем. Предки знаменитого писателя нашли упокой на деревенском кладбище возле д.Диновка.

Сергей Панизник

Знаменитые люди Миорского края

Именно с Леонполем связана детство и юность нашего знаменитого земляка, поэта, писателя, музейщика, фольклориста, этнографа, краеведа Сергея Панизника.

Сергей Степанович для нашей Миорщины, Беларуси да и всей Вселенной является настоящим богатырем духовности и белорусскости, богатства и разнообразия устремлений. Сделанного и написанного им хватило бы на несколько человеческих жизней.

Действительно, обычный «бабышковский малец», как он сам себя скромно любит называть, за свои 70 лет оставил нам материк достижений во всех направлениях творчества. Родился наш будущий знаменитый поэт в самое ужасное время войны, 10 мая 1942 г., в деревне бобышки, неподалеку от Леонполя, прославленного своей историей и памятниками.

Именно учеба в Леонпольской школе, прелесть природы на подкове Двины содействовали началу его поэтического творчества. Первое стихотворение напечатано в 1959 г. Именно с этого времени начался отсчет его печатного наследия. После школы учился в Могилевском медицинском училище, затем служба в армии и поступление на факультет журналистики высшего военно-политического училища во Львове. Здесь во время учебы он знакомится с украинскими поэтами. Древний Львов со многими памятниками, музеями, библиотеками оказывает на молодого поэта незабываемое впечатление. Окончание училища совпало с печатью первой поэтической книжки “Кастри Купалья” (1967). Сначала Сергей Панизник служит в Средней Азии, потом в Чехословакии. Здесь, в Праге, он знакомится со знаменитым белорусским певцом Михаилом Забейдой-Сумицким, другими деятелями белорусской и чешской культуры. В 1972 г. у военного журналиста Понизника выходит очередной сборник “Полевая почта”, который быстро исчезает из книжных магазинов. Но честность в армии, да еще сознательный белорусский патриотизм не остались незамеченными для органов безопасности, которые всегда выискивали компромат на лиц, отличавшихся от других, не были толпой, винтиком в машине. За время военной службы Сергей Степанович имел многочисленные грамоты, благодарности, награды. Но заслуг оказалось меньше чем компромата, и в 1975 г. его исключают сначала из рядов КПСС (а это тогда означало крах карьеры), вскоре в чине капитана увольняют из армии.  Несмотря, что выходит очередная книга “Крона надежды”, с “волчьим билетом” ему трудно устроиться на работу.

Возникло предложение даже исключить нашего поэта-патриота из рядов Союза писателей БССР. С трудом, несмотря на опыт журналистской работы, он устраивается в газету “Вечерний Минск”, позже работает в редакции журнала “Маладосць”, где открывает путь к творчеству многим молодым поэтам. Работая в издательстве “Юность”, он подготовил к печати и издал десяток томов сборников “Бацькаўшчына”. Это настоящая уникальная историческая летопись, такая необходимая молодежи только что возрожденной суверенной Беларуси. Плодотворна у Панизника и его личное творчество, одна за другой выходят книги поэзии: “Чело и век” (1979), “Слово на добрый день” (1982), документальная повесть “Бронислава” (1985), “Материк” (1985), “Житень” (1986), “Бразды” (1989), “А писарь Земский” (1994), “Промозглая травник”, (1999), “При свечении” (2004). У поэта много переводов с украинского, чешского, русского, латышского языков. Результатом вышел сборник переводов “Встреча родственных вселенных” (1997) и книга на английском и французском языках (2011). Многосторонняя деятельность поэта-гражданина проявилась и в создании на своем отечестве трех музеев: в д.Цинковцы Верхнедвинского района музей бабки Параски, а на Миорщине в Леонполе музей “Радзимоведение” и музей бабки Ядвиньи. Их создание-плод неустанной поисковой и собирательской работы. Наш земляк-настоящий силач в коллекционировании истории материка, открытии нашей Атлантиды. Еще в 60-е гг. он с магнитофоном путешествовал по деревням нашего Отечества и записывал музыкальное и фольклорное наследие. Теперь, когда эти песни и обряды уже забыты, они клад для белорусов. О творческой натуре поэта свидетельствуют многочисленные снимки известных личностей белорусской культуры: М.Забейды-Сумицкого, В.Жидлицкого, В.Короткевича, Р.Бородулина и др. Это не просто фотографии, но настоящие шедевры искусства. Из присланного в музей рисунка Западной Двины, созданного 50 лет назад, мы можем утверждать, что есть у нашего знаменитого земляка и талант художника.

Славомир Даргель

Знаменитые люди Миорского края

Родился будущий писатель на хуторе у деревни Белевцы Новгородского сельсовета Миорского района, в те времена Полоцкой области — в краю озер и болот. Учился сначала в Белевской начальной школе, потом окончил восьмилетку и школу рабочей молодежи в деревне Новгороды. Как и все деревенские дети, трудовой путь начал с работы в колхозе в 11 лет. Отец будущего писателя, Григорий Даргель, рано научил ребята крестьянского труда: пахать, косить, доить корову — всему тому, без чего невозможно жить в деревне. А еще отец научил уважать труд, уважать хлеб. Он говорил: “тот, кто умеет работать и жить в деревне, никогда не пропадет. Хлеб любят все». От матери, кроме колыбельной, маленький мальчик услышал и советские песни о комсомольцах, о буденовцах. Мать научила Славомира читать, привила любовь и доброту к людям. Этот моральные качества, которые были заложены родителями в детстве, пронес будущий писатель через всю жизнь. После окончания школы в Новгородах, Славомир работал полгода в ней учителем физкультуры. Был призван в Советскую Армию, где прошел настоящую школу жизни. После армии служил в милиции, учился на юридическом факультете Белорусского государственного университета имени В.И.Ленина. После его окончания в течение 25 лет работал юрисконсультом в учреждениях Минска. Продолжает работать и сейчас после выхода на пенсию. Заниматься литературным творчеством начал еще в школе. Печатался в районной и армейской газетах, в журнале «Белая Башня». Главные темы творчества Славомира Даргеля: сельская жизнь, природа, любовь, отношения между людьми, военная тематика. Большинство произведений написано на русском языке, но не чурается в своем творчестве и белорусского. За это время были напечатаны писателем следующие книги: «Земное счастье» (2012 г.), «300 километров от столицы» (2013 г.), «Неравный брак» (2015 г.), «Женщина из моих сновидений», «Над тучами чистое небо», «Журавль в небе» (2017 г.), «Запах трав луговых» (2018 г.), «Аист Ася» (2018 г.), «Кнопочка» (2018 г.), «В земле наши корни» (2019 г.) и другие. К своему юбилею он издал новую книгу прозу «Мой и только мой». В 2014 году наш земляк стал лауреатом Международного литературного конкурса “Семья.-Единство.-Отечество», а в 2015 –победителем литературного конкурса Союза писателей Беларуси, посвященного 70-летию освобождения Беларуси от немецко-фашистских захватчиков и 70-летию Великой Победы за документальную прозу о войне. Награжден медалью Союза писателей Беларуси «За большой вклад в литературу». К 100 –летию белорусской милиции объявлена благодарность МВД за участие в конкурсе на лучшее произведение, посвященное органам внутренних дел. Наш земляк-член Союза писателей Беларуси. Писатель не забывает своей родины, где прошло его детство и юность. Он часто приезжает на Миорщину, в родные ему Белевцы, где еще стоит родительский дом, к сестре в Слободу. Встречается со своими земляками, всегда ожидаемый гость в школах, где охотно встречается с учениками. Славомир любит прошлое своего края, в своих произведениях повествует об ужасающих страницах Войны. Благодаря ему, был поставлен памятник на могиле застреленных жителей деревни Белевцы. Много своих находок он передал в музейное объединение СШ №3 г. Миоры. Для писателя на первом месте стоят такие главные качества человека: доброта, юмор, трудолюбие, обязательность, бескорыстие. При этом любовь к труду Славомир Даргель считает важнейшей чертой характера человека. Не приемлет такие качества как: подхалимство, лживость, надменность, тщеславие, алчность. Главный принцип его жизни-делать людям добро, не держать в душе зла, любую работу выполнять хорошо.

Сушко Петр Павлович

Знаменитые люди Миорского края

Сын Павла Петр Сушко родился 1 января 1937 г. в маленькой и чрезвычайно уютной деревне Сушки (тогда принадлежала к Браславскому повету Виленского воеводства). Для семьи западнобелорусского крестьянского поэта Павла Михайловича Сушко он стал ожидаемым и любимым сыном. Поэтическое творчество отца непосредственно влияло на выбор пути Петра, который с детства слышал благозвучные стихи.

Обычным было бы взросление Петра Павловича, если бы не война… в это время маленький Петр и его сестра находились с матерью Надеждой Романовной в партизанском отряде. Вот о чем на нашей встрече рассказывала сестра Петра Тамара Павловна Орловская: «Нас увезли в партизанский отряд. Каратели шли по лесу с собаками, а Петя держал папину тетрадь, наверное, со стихами. Мать приказала закопать эту тетрадь в мох. Враги нас не нашли. Мы пошли к реке Двине, чтобы переправиться на другую сторону, началась бомбежка моста. Прятались в маленьком окопчике, и брату горячими осколками сильно опалило руки. Потом они очень болели. На другой берег нас перевезли на пароме…»

После войны Петр Сушко сначала получал образование в Чересской семилетке, которую с хорошими оценками закончил в 1953 г. В то время в его искренней душе и начали рождаться стихи. Свой творческий путь Петр начал в 1954 г. в Миорской районной газете “Заря коммунизма”, где напечатано его первое стихотворение “Теплый дождь”. Шестнадцатилетний юноша стремился к знаниям, поэтому и пошел после семилетки в Миорскую среднюю школу, которую окончил в 1956 г. Кстати, в 2002 г. на стене СШ №1 г. Миоры установлена мемориальная доска, посвященная поэту.

Жизнь не стояла на месте, и Петр Павлович с каждым годом больше взрослел, начинал самостоятельно зарабатывать деньги. В 1956-1958 гг. работал воспитателем Александровского детского дома в Миорском районе, лаборантом в средней школе. Отслужив в 1958-1961 гг. в армии, он поступил на факультет журналистики БГУ, который окончил в 1966 г. в университете Петр Павлович встретил девушку, с которой связал свою судьбу. По этому поводу поэт написал стихотворение «Январская свадьба».

«Вооруженный» высшим образованием, Петр начал занимать ответственные должности: заведующего отделом в Миорской районной газете “Знамя труда” (1966-1968), корреспондента газеты «Витебский рабочий»(1968-1969). Через некоторое время поэт переезжает в Минск и устраивается там литературным сотрудником газет “На страже Октября” (1969-1970), “Звязда” (1970-1973) и журнала “Вожык” (1973-1977). Чуть позже (1977-1980) Петр Павлович занимает должность редактора отдела литературы журнала “Вожык”, в 1980-1987 гг. он ответственный секретарь еженедельника ”Литература и искусство“, потом старший редактор в издательстве “Пламя”, а 1984 год отмечен для автора вступлением в члены Союза писателей (СП) Беларуси.

Петр Сушко писал не только захватывающие и душевные стихи, но и юмористически-сатирические сборники. Это “Горд сучок”, “Ости настороже”, “Парнасская кузница”, “Касіў Ясь канюшыну”, “Размышления у Парнаса”, книга “Поэтическое вече” — первый в белорусской литературе венок пародийных сонетов, определяемых глубоким философским содержанием. Кстати, по книге “Ости настороже” в Чересской библиотеке однажды состоялся один из ежегодных январских вечеров, которые посвящаются творчеству местных поэтов. Также Петр плодотворно работал в лирике, о чем утверждают его сборники “Протоки”, “Венец сонетов”, “Земля целебных трав” (посвященный родному Поозерью), которые отличаются глубиной чувств, возвышенностью мыслей, оригинальностью образов. Не менее интересен поэтический сборник Петра Сушко называется “Бигосовский паром”, который словно соединяет не только берега Западной Двины, но и военные воспоминания с мирным временем, а лирическую рассудительность с доброжелательной улыбкой. Очень много размещено в этой книге произведений веселых жанров (“Шутливая река”, “Признание первокурсницы” и т.д.).

К тому же Петр сочинял стихи для детей. Это началось с рождением его сына, которому посвящалось первое произведение. В душе автора вылились на бумагу сборники “Веселый бай”, “Шмелева качкалка”. Поэт очень любил детей, всегда хотел передать им что-то хорошее, искреннее и чистое. Это происходило во время литературных встреч со школьниками, где Петр Сушко читал собственные стихи, которые учили любить родителей, помогать по хозяйству, ценить дружбу и др.

            Наш земляк известен не только литературной деятельностью, но и хорошим владением иностранных языков. О чем свидетельствуют его переводы с польского и украинского. О личности такого масштаба (для нашей местности) невозможно все рассказать сразу, когда и вообще возможно… некоторые стихи Петра излюблены композиторами А.Полонским и Л.Сверделом, написавшими на них песни.

Поэт никогда не забывал о юношеских друзьях и даже посвящал им стихи. К тому же Петр Павлович очень приветлив, добр, всегда светился улыбкой, любил родную деревушку и приезжал сюда ежегодно. Здесь отдыхал от городской суеты и встречался с друзьями, которых имел многовато. Белорусский поэт Нил Гилевич говорил: «У Петра Сушко есть природное ощущение юмора, способность подмечать смешное, комичное в жизни, есть полное умение организовать сатирический сюжет”. Петр любил свое остроумное и едкое слово направлять против браконьеров, бракоделов, взяточников, пьяниц. В этом плане обращают на себя внимание стихи «Чтобы знал», “Не делай как я”, “Отец сыну говорил” и т.д. печатался он под псевдонимами Пятрусь Бублик, Ясь Ежинский, Михаил Волошкович, Тимох Дереза, Халимон Клин, Яська лысый, Апанас Парнасский, Константин Павлюкович, Р. Ремнец, Петрок Ремнец, Кирша Рымарь, Роман Ситкович, Фома Здеший. 

Текля Врублевская - знаменитая поэтесса и драматург с Дисны

Долгое время о нашей знаменитой землячке Текли Врублевской мы знали только из скупых строк «Энциклопедии литературы и искусства Беларуси». Создавая районную книгу «Память» мы также не нашли новых материалов. Даже великие знатоки литературы 19 века Адам Мальдис и Геннадий Киселев не смогли нам помочь.  Только некоторые сведения можно было получить из работ польских исследователей Т.Турковского, Т.Микульского. Недавно известный белорусский литературовед Николай Хаустович на основе собранных им по крупице материалов проанализировал литературное наследие Текли Врублевской. Эти исследования и стали основой нашей статьи.

Текля Врублевская (девичья фамилия Божимовская) родилась в 70-е годы 18 века. Место рождения до сих пор нам неизвестно. Известно, что род Божимовского герба «Лада» происходит из Мазовецкой земли, где имели имение Бажима. Станислав Божимовский служил в литовской армии и мужественно боролся под штандартами гетмана Ходкевича и Радзивилла. Приобрел земельные владения в Полоцком районе, что совсем недалеко от Дисны. Но не исключено, что Текля может иметь происхождение и от рода Божимовского герба «Белыня», который также происходит из Польши. Адам Божимовский из этого рода поселился на Литве в начале 17 в. Представители этого рода принимали активное участие в реформационном движении, были священниками и очень обращенными людьми., образование получали в лучших учебных заведениях Европы, работали священниками в протестантских соборах Койданово, Новогрудка, Заблудово, Слуцка, Вильно. Внучкой одного из сыновей Иоанна Божимовского, который не стал священником, могла быть также Текля. Так что тайна происхождения пока что остается. Достоверно известно, что Текля Божимовская вышла замуж за шляхтича из–под Дисны Врублевского в самом начале 19 века. Как нам известно шляхетский род Врублевских был широко разветвлен на Дисенщине, во время путешествий «Аргонавты прошлого» встречали на кладбище 19-20 в. надгробия с такой фамилией. Тем более до 1840 года Дисенский уезд входил в Минскую губернию.

Где и какое получила образование Божимовская — тоже неизвестно. Девушки в те времена учились больше дома. Наверное, литературное творчество, а не семья , или хозяйство интересовало женщину . Еще до замужества она уже подготовила сборник стихов «Деревенские игры», об этом вспоминал в 1806 в своих воспоминаниях И.Быковский.. А после ее замужества он навестил ее в Дисне. Виленские пиары к которым обратилась поэтесса не решились напечатать произведения неизвестного автора. Тогда она пишет письмо к известному в то время литератору и поэту, который напечатал более десятка книг Игната Быковского с просьбой о рецензии. Мы не знаем, что ответил известный писатель , но то что он благосклонно оценил ее творчество свидетельствуют три стихотворения, которые он выписал для себя и приобщил к своему жизнеописанию.  И.Быковский также наладил личные контакты с поэтессой, посетил ее в Дисне. Но по неизвестной причине, этот сборник не был издан.  Только Текля Врублевская не прекратила своей литературной деятельности.. Об этом свидетельствуют воспоминания писателя А.Э.Адынца., который ссылается на Людвика Упрецкого, который лично знал Теклю из Божимовских. «Она была уже пожилого возраста, вдова, арендовала довольно большое имение , но сдав хозяйство на сестру, сама занималась исключительно поэзией, практикуя ее также и в повседневной жизни. Поклонница прежде всего греческой поэзии и истории. Одевалась как греки –спартанцы, то есть пополам по-мужски, всегда имея в висках вроде греческого шлема, или скорее диадемы. В саду имела беседку по образцу греческой святыни, без стен, на колоннах; там летом, как Сибилла на треноге, обычно сидела в кресле на возвышении и смотрела за забавами деревенской молодежи, которые сама для себя каждый праздник устраивала по образцу греческих игр, и сама на них раздавала награды. Также здесь приглашенные соседи имели возможность услышать ее произведения., пока они появятся в печати. По этой причине, что она была гостеприимная , вежливая и милосердная , к ней охотно наведывались, любили и ценили. Даже слава поэтессы, произведения которой печатались, могла существенно импонировать слушателям.”

В 1815 году Текля Врублевская начинает вторую попытку напечатать свои произведения на этот раз своей ценой. Но так как она не была состоятельной, то сначала решает выяснить стоимость печати у разных издателей. Сохранилось ее письмо к Ю.Завадскому:

«Вельможный Господин Благодетель! Прости, что хоть и незнакомая обременяю тебя своим обращением. Ценя в деятельности вельможного господина личность, заботящуюся об увеличении просвещения среди народа, решаюсь попросить, чтобы соизволил сообщить мне о стоимости печати листа в Виленской типографии. Я хочу издать две мои собственные трагедии: одна назывется «Пантея, королева Сузы», а вторая – «Мустафа и Зеангир» и две переведенные мною с французского языка – «Астарбэ» и «Каллисто –красивая мученица» пана Калярдо. Если не сохранила духа трагедии, если, может где нарушила правила драмы, пусть простят мне как женщине, а иногда как человеку, из рук которого редко что совершенно выходит.» Издатель дал ответ поэтессе со сметой, но видно он ее не устроил и поэтесса напечатала свои произведения в типографии ксендзов — миссионеров. Через два года они и издали ее оригинальные произведения, вот только переводы с французского так и не были изданы, возможно не хватило денег. Увы до нашего времени рукописи не сохранились. Произведения нашей поэтессы не остались без внимания критиков. В 1921 году в Варшаве Ян Савиньский отметил поэтические способности поэтессы из Дисны, но в основном рецензия была критической, как с точки зрения языка трагедии, так и по ее содержанию. Действительно, произведения Т.Врублевской не соответствовали полностью канонам классицизма, но теперь мы можем считать это не как недостаток, а появление более прогрессивного течения – романтизма. Как недостаток, Варшавский критик отметил и использование в трагедии простонародных выражений, что для современного взгляда положительный момент. Сама автор отчетливо испытывала несовершенство своих произведений, как жанра классической поэзии, но не смогла решительно преодолеть существовавшие в те времена правила. Первые напечатанные произведения вдохновили поэтессу из Дисны на написание новых произведений. Новая трагедия «Наримунд», была основана на местной истории. И эта книжка также была издана собственной ценой при подрыве ее друзей и родственников (более 40 человек). Между ними можно назвать дисенского маршала Казимира Буйницкого, одного из известных литераторов в Полоцком районе, маршала Михаила Храповицкого, судью Фердинанда Божимовского, Констанцию Божимовскую, Станиславу Полюбинскую из Божимовских. Особая благодарность жене брата, которая занималась хозяйственными делами в имении Врублевской, пока последняя писала литературные произведения.. В предисловии к своей книге автор с большой иронией и самокритичностью оценивает свое творчество:

“Чем больше кто живет, тем больше углубляется он в своих недостатках. От них трудно отвыкнуть, или вовсе нельзя. Я нахожусь в подобном положении. Непреодолимая жажда к стихотворению вынуждает меня готовить все новые и новые книжки, — на потребление моли, или крыс, жизнь которых я стараюсь продлить своим пером….Так вот выдаю еще две трагедии и обещаю ежегодно выдавать по одной…. Если не забавлю, не научу, не потешу (своих читателей ) то перед всем никого не испорчу. «Основанием для самоиронии было отсутствие популярности, вызванное жизнью в провинции далеко от литературных кругов Вильнюса, тем более Варшавы.

Сюжетом новой трагедии Врублевская выбрала отрывок из книги А.Гваниньи(Гвагнина) «Хроника Европейской Сарматии» 1578 г. А. Гваниньи, итальянец по происхождению, ротмистр войск ВКЛ, участник Ливонской войны, комендант Витебска. В своей книге не только описал события в которых был участником, но и старинную историю Литвы, используя летописные материалы.

Если проанализировать трагедию, то мы видим , что автор, сохранив внешние атрибуты классицизма, нарушила его основные правила поэтики. Во-первых, Врублевская допускает фальсификацию исторических источников, подменяет историю собственной фантазией. Во-вторых, конфликт происходит более интимный, чем гражданский, главный герой Наримунт появляется только в последнем действии трагедии. Не повествует трагедии классицизма и язык, как этого, так и других произведений поэтессы из Дисны. Но то, за что критиковали нашу дисненскую поэтессу на сегодняшний день является как раз достижением. Будучи провинциальной поэтессой, она опередила свое время и сама того не понимая, создавала предпосылки романтической поэзии. Творчество Т.Врублевской оказало значительное влияние на произведения знаменитого Адама Мицкевича. Характеристика героев поэм «Гражина», «Конрад Валленрод» совпадает с героями «Наримунта». Так у Мицкевича Римвид-советник князя соответствует Манивиду Врублевской. Произведения объединяет и страстный патриотизм , любовь главных героев к Родине. Создавая образ главного героя в поэме «Конрад Валленродд» Мицкевич использует образ Бухгарда из трагедии «Наримунт» все это свидетельствует , что Адам Мицкевич не только знал о творчестве своих друзей филоматов, но был знаком с произведениями Текли Врублевской. Мы даже можем предполагать что наша поэтесса встречалась лично с поэтом, когда он прятался в имении Костровичских Дорожковичи под Дисной.

Интересно, что каждая из трех изданных книг Врублевской содержала поэтические разделы, где автор содержит свои стихи. Особенно можно определить из них «До сна», «Панич молодой», «До личности», сатирические «Женщины», «До месяца», «До моей белки» и др.

Пообещав в предисловии к «Наримунту» и впредь продолжать свою литературную деятельность собственных произведений изданных ею. Мы не знаем, что повлияло; или критика ее произведений, или отсутствие денег для печати. Но на Полотчине за Врублевской оставалась слава поэтессы именно поэтому, когда местные литераторы пожелали спасти от небытия творческую исподлияние талантливого Яна Аношки — ее избрали издателем-редактором стихотворного сборника. Наша землячка смогла собрать большое количество стихов, отредактировала их и издала в 1828 году в Полоцке. Интересно ее предисловие к этому сборнику: “живя несколько лет в белорусской губернии, я часто слышала стихи Яна Аношки , которого мне никогда не удалось увидеть. И вот в прошлом году я узнала , что его уже нет в живых. Ясновельможный пан Николай Гребницкий бывший маршал Лепельского уезда и орденский кавалер, настоящий знаток литературы, желая, чтобы ничто из Народного не погибло, побудил меня собрать стихи белорусского песняра и издать их. Обременена уже сколько лет своими проблемами из-за слабости здоровья, я не могу днем даже несколько часов заниматься умственным трудом. Однако взялась за это дело, и сразу граждане нашего края, кто только имел произведения Аношки, начали присылать мне его произведения. В них я делала небольшие правки только тогда , когда несдержанное перо поэта выходило за пределы определенных его сфер. Во время бряцания оружия и вихря войны наш поэт много потерял из своих рукописей…в его стихах имеется счастливая легкость, приятная мысль и природная смекалка. Книга была издана благодаря пожертвованию общественности, как пишет в предисловии Врублевская , в ее архиве осталось еще более 40 стихотворных произведений. Все это она готова отдать тому, кто пожелает их напечатать. И хотя по неведомой причине наша поэтесса не подписала предисловие, даже через 15 лет, когда сборник уже стал раритетом, литератор Р.Подберезки в предисловии к статье «Беларусь и Ян Борщевский» обозначает нашу поэтессу как издателя книги Аношки.

 Из последнего нам известного письма Текли Врублевской от 10 августа 1835 года к издателю Ю.Завадскому мы узнаем о ее просьбе прислать по подписке произведения Ф.Купера «Волшебница» и «Пионер», а для кузена Фомы Ивашкевича – «Степи». Перечень ею уже купленных книг и желательных для приобретения довольно большой. Среди них «История Польши» И.Ллявеля, поэма «Лара» Д. Байрона, произведения Э.Красиньского, А.Бродинского и др. Все это свидетельствует что наша землячка по прежнему не смотря на удаленность от столицы, жила литературой, интересовалась ее новинками не только на польском языке , но и французском. Тем самым ее усадьба по-прежнему была крупнейшим культурно-просветительским центром на Дисенщине. Увы после 1835 года больше о нашей землячке сведений не обнаружено.

 По разному можно оценивать творчество Текли Врублевской, но несомненно для 19 века ее личность поэтессы, драматурга, переводчика и издателя остается прекрасной фигурой, если не мирового масштаба, то весомой для развития литературы в Беларуси. Память о ней не должна уйти в небеса.

Юзеф Буйновский

Знаменитые люди Миорского края

Дисенская гимназия за 18 лет своего существования дала нашему краю много знаменитых земляков. Между ними почетное место занимает Юзеф Буйновский, ставший известным польским поэтом, историком литературы, литературным критиком, эссеистом. Родился 31 марта 1910г. в имении Околица-Рудово неподалеку от Браслава. Среднее образование получил в Дисенской гимназии (1928-1930 ). В этом же году поступил в Вильнюсский университет на филологическое отделение. Именно преподаватели Дисенской гимназии воспитали у Иосифа любовь к поэзии, литературе, поэтому и выбор был сделан сознательно.  Буйновский был одним из основателей студенческого журнала «Полоса», где дебютировал статьей «Проблема мотива». В 1934г. редактировал Виленский журнал “Марш”. В 1935-1938 гг. Ю.Буйновский работал преподавателем в Браславской частной гимназии. В Браславе подготовлены и изданы в местной типографии два сборника стихов: «Разорванный путь“, «Ударом в лицо-розами под ноги», в которых ощущается влияние модернизма. В 1939г. приглашен на работу в Вильнюсский лицей имени Снядецких, где преподавал польский язык. Ю.Буйновский одновременно являлся заместителем директора гимназии и лицея имени П.Скарги.  После начала Второй мировой войны был мобилизован в польскую армию, принимал участие в боевых действиях первых месяцев войны. С ноября 1939 г. вернулся к преподавательской деятельности в Вильнюсе. В апреле 1940 года репрессирован. Содержался в тюрьмах Вильнюса, Горького. После амнистии работал в колхозе под городом Уржумом. Боролся с фашистами в составе польской армии генерала Андерса, участвовал в боевых действиях второго корпуса на территории Италии. Получил боевую награду за битву под Монте-Кассино. Во время войны продолжал заниматься литературной работой. Сотрудничал с военными изданиями. Ю.Буйновский в 1946 г. стал одним из основателей итальянской секции Польского ПЕН-клуба. В том же году переехал на постоянное место жительства в Англию, где занимался преподавательской, издательской литературной деятельностью. Был руководителем издательства “Польское литературное общество”, содержал собственную типографию. С 1952 г. преподавал в польском зарубежном университете в Лондоне. В 1967-71 и 1978-85 гг. был деканом гуманитарного факультета этого университета, руководил кафедрой польской литературы. В 1956 г. защитил кандидатскую, в 1964 г. докторскую диссертации. С 1964 г. стал профессором. Ю.Буйновский читал специальные курсы в ряде высших учебных заведений Англии, в университетах Амстердама, Гейдельберга. Являлся активным участником ряда общественных организаций, с 1991 г. членом Польского ПЕН-клуба. Автор более чем пятнадцати литературных сборников. Живя в Лондоне, оставался патриотом своей малой родины. Поддерживал до конца своих дней связь со своими друзьями по гимназии, учениками, которых он учил в Браславе. Умер 15 февраля 2001 года.

Епископ Эдвард Кисель

Знаменитые люди Миорского края

Родился будущий епископ 4 февраля 1918 г. в крестьянской семье четвертым ребенком. С малых лет парень воспитывался в религиозной атмосфере. По воспоминаниям, любил молиться на природе, став высоко на камень или холм. Вот почему его будущая жизнь стала путем служения Богу и людям. Первые два класса учился в Юндилове, потом в Германовичах, позже в гимназиях Дисны и Пинске. Здесь вызрело решение стать священником. Большое влияние на его выбор оказала мать. В 1937 г. Эдвард поступает в Виленскую духовную семинарию. Несмотря на военное лихолетье 14 февраля 1943 г. Получает священническое посвящение. В январе 1953 г. он защищает докторскую диссертацию. 3 мая 1976 г. Папа Павел VI назначил нашего земляка титулярным епископом, Апостольским администратором Белостокской архиепархии. Благодаря его поддержке в 1990 г. восстановлен костел в новом погосте. 25 марта 1992 г. Иоанн Павел II утвердил Эдварда киселя митрополитом и первым архиепископом, но 29 сентября 1993 г. земляк умирает.  Место его родного дома почитаемо памятным крестом.

Великомученик Константин Жданов

Знаменитые люди Миорского края

Православный священник, жертва большевистского террора, канонизирован в 2011 году Белорусской Православной Церковью, мученик за веру.

В 1900 году Константин Жданов женился, получил рукоположение в сан диакона и начал служить в церкви в деревне Юдищина возле Шарковщины. Когда умер его отец, Константин попросил у духовных властей разрешение перейти на служение в Шарковщину, чтобы помогать своим младшим братьям. 30 апреля 1900 года в Ковенском Петро-Павловском соборе он был рукоположен в сан священника, после чего стал настоятелем прихода в Старой Шарковщине.

На второй год служения отец Константин начал искать поддержку на постройку новой церкви в Старой Шарковщине, так как старая церковь уже почти разваливалась. Епархиальные власти разрешили стройку только в 1906 году. Старый храм был разобран, а закладка нового состоялась 3 июля 1908 года. Отец Константин искал средства у людей, которые выезжали на заработки. Чтобы собрать деньги на иконостас, священнику пришлось ехать в Москву и собирать пожертвования с тамошних предпринимателей. Новопостроенный Свято-Успенский храм в Старой Шарковщине был освящен 13 ноября 1912 года.

Отец Константин был известным проповедником, много времени посвящал на молитву. Прихожане с вниманием слушали его проповеди. Также священник преподавал Закон Божий в трех деревенских школах, а в 1916 году начал исполнять обязанности заведующего Березвецким женским училищем, которое было эвакуировано в Шарковщину.

Священник продолжал служение и после установления коммунистической власти, которая развернула жестокий террор в Дисненском уезде. Весной 1919 года (конец апреля или начало мая) отца Константина арестовали сразу после богослужения и под конвоем перевезли в уездный центр. Большевики расстреляли женщин, которые пытались заступиться за священника. Отца Константина повели на расстрел вместе с отцом Михаилом Синявским, настоятелем прихода в Язне. Отец Михаил сумел убежать от пьяных конвоиров; отец Константин не пытался бежать. Я ничего плохого не сделал. Что Бог сошлет, то и буду терпеть — сказал он.

Спрятавшись, отец Михаил видел, как пьяные коммунисты пытали отца Константина. Священника били лопатой по голове, отрубили ухо, вырывали волосы на голове, переломали ногу. Перед смертью у него запросили последнее желание — и священник попросил разрешения помолиться. После короткой молитвы священника оглушили сильным ударом и живого закопали в нем.

Похоронить тело отца Константина удалось только через два месяца, после того как в июне 1919 года польские войска, поддержанные местными повстанцами, освободили Дисненский уезд от коммунистов. Священника похоронили в подвале под алтарем Свято-Одигитриевской церкви в Дисне.

Местное население десятилетиями хранило память об отце Константине Жданове. В 1995 году в Шарковщинской церкви начали служить специальные богослужения в память священника-мученика. В 2010 году Патриарх Московский и всея Руси Кирилл дал благословение на канонизацию священника. Торжественное присоединение отца Константина Жданова к лику святых состоялось 4 июня 2011 года в Свято-Воскресенском храме Дисны. В этом же храме теперь хранятся мощи мученика.

Ксендз Болеслав Грамс

Знаменитые люди Миорского края

Болеслав Грамс родился в местечке Кубличи Витебской губернии в самом начале нашего века. Учился в Петербургской гимназии св.Екатерины. Науку не закончил скорее всего вследствие Октябрьского переворота. Но воссоздал ее в 1922 году. Сейчас он уже учился в Виленской духовной семинарии. После продолжил учебу на теологическом отделении университета Стефана Батория. Закончил его со званием магистра.

4 апреля 1931 года он был посвен на ксендза. Недолгим был жизненный путь этого священника, но все же он успел сделать много. Как викарий он служил в Гродно, Ошмянах, Вильнюсе. Написал работу “Чанстахова Литовская. Коронация иконы Матери Божьей Жировичской”. В ней молодой священник показал себя способным литератором и интересным исследователем.

Но жажда знаний не оставляла его. И через какое-то время он уже учился в Риме, посвятив себя историческим исследованиям. Его интересовала уния на переломе ХVIII-XIX вв., он собирал материал по этой теме в архивах Ватикана. Эту работу продолжил и после возвращения на родину. “Уния между вторым и третьим разделами Польши” — так он назвал свою работу.

Кроме научных исследований ксендз Грамс нес на себе нелегкую священническую службу-префекта в Свенцянах, викария в Белостоке, Вильнюсе.

Во времена Второй мировой войны ксендз Грамс остается верным своему призванию: служить капелланом в армии, принимает участие в борьбе с фашизмом. Попадает в плен. В лагере работает священником и санитаром. Через какое-то время ему удается убежать. Ксендз Грамс пробирается к Варшаве где вливается в подпольную борьбу, сотрудничает с подпольной польской прессой, но не останавливает и свою пастырскую днйность, хотя и вынужден был ее выканывать тайно.

Да родные места звали к себе. Он пробирается в Вильнюс, где получает назначение проборщам у Идолта. Еще в 30-е годы здесь начал возводить новый костел ксендз Элиаш. Война прервала строение. И завершить ее пришлось новому идолтскому пробарщу.

Старшие местные жители сохранили память об этом необычайно благочестивом, преданном богу и людям священнике. Этот ксендз мог поделиться со своим близким последним, что имел. Иногда доходило до смешного: мать поставив сыну обед на стол, не спешила выходить за дверь, ведь как только она поедет — сын обязательно найдет с кем разделить еду (тех кто хотел кушать во время войны хватало). Либо возьмет и отдаст кому-нибудь свою одежду или обувь. Поэтому его самого можно было увидеть в дырявых сапогах, в ботинках которые едва держались на ногах. Этот красивый на вид священник на диво легко умел забывать о себе .

Недумал он о себе и тогда когда помогал тем, кто в составе Армии Крайовой боролся с фашизмом. Не думал о себе, помогая своим родным братьям Юзефу и Модесту, которые воевали в этой армии. Не думал, безусловно, о себе и тогда когда поддерживал связи с партизанами. И, безусловно, тогда когда опекал группу евреев, которая скрывалась от немецких властей в недалеком Перхулеве. Им он присылал молоко, хлеб, картофель.

За все это, за умение забывать о себе, он и заплатил дорогой ценой-своей жизнью. Есть несколько версий его ареста власовцами. Одни утверждают, что его взяли из-за братьев. Вторые-что его выдал кто-то из “аккупантов” которых, он исповедовал. Третьи —  выдавшая девушка-цыганка которую он приветил вместе с матерью на плебании. Четвертые-что все это вышло из-за евреев которым он помогал…

Его арестовали 7 июня 1944 года. Враги жестоко избили священника, бросили на повозку и увезли — видимо в Полоцк. По дороге остановились и устроили в деревне пьянку. Говорят ксендз Грамс пытался убежать. Его убили… В воспоминание о нем мы видим в костеле Идолта сохранившиеся иконы, священник был и хороший художник.

Так закончился светлый, наполненный красивыми, высокими деяниями жизненный путь этого священника.

Его похоронили в Идолте.Молодого тогда ксендза Люциана Павлика немецкие власти предупредили чтобы было тихо, без митинга. Митинга не было. Громких речей которые бы клеймили убийц, разумеется, тоже не было. Да зато на похоронах было много верующих из чьих глаз лились искренние слезы: люди оплакивали своего ксендза, пастыря, учителя, человека, которого успели полюбить. Это было 10 июня 1944 года. Менее двух месяцев оставалось до того дня, когда последние фашистские формирования покинут территорию Беларуси…

Ксендза Грамса похоронили на погосте, того костела строение которого он заканчивал. Нетолько в стенах этой святыни, но и в благодарной памяти людской сохранилось его имя навечно.

Ксендз, профессор теологии – Леон Путята

Знаменитые люди Миорского края

Древний род Путятов владел одним из имений Миоры еще с XVI века. В 1612 году предок этого рода финансировал часовню. Сначала Путяты были православными, но уже со второй половины XVII века перешли в католичество. Именно в семье Винсента Путята из имения Миоры и родился будущий ксендз ученый-теолог 8 июля 1884 года, которого назвали Леоном. В 1902 году он окончил классическую гимназию в Вильнюсе, поступил в Виленскую духовную семинарию, но не закончил, а направился в Рим на основании лечения болезни. Под псевдонимом Алойза Юнга учился в Григорианском университете. Успешно его закончил, защитил докторскую диссертацию по теологии и философии. В 1911 году получил священническое посвящение. Когда вернулся в этом же году из зарубежья, царские власти не утвердили его на должность профессора Виленской духовной семинарии, поэтому вынужден был продолжать учебу в Петербургской Духовной академии, где получил степень кандидата теологии. Вернувшись в Вильно, был назначен викарием при костеле св. Франциска, а в 1914 году стал настоятелем немецкого прихода св. Анны. Одновременно работал в тайной польской школе для бедной молодежи. В 1915 году назначен секретарем по делам костела при Виленской епархии. В 1915-1916 гг. ксендз-ученый Леон Путята организует первый катехетический курс для обучения учителей средних школ. В 1917 году организовал и стал руководителем мужской учительской семинарии в Вильнюсе. Был одним из создателей программы обучения религии в польских школах.

В этом же году стал работать преподавателем истории искусства и немецкого языка в духовной семинарии. Прекрасно знал исторические места Вильнюса и проводил экскурсии для знаменитых личностей (в том числе для императора Вильгельма II). В 1919 году вошел в Комитет по созданию Вильнюсского университета. С 1922 года работает в нем сначала преподавателем итальянского языка, а потом заместителем профессора теологии сначала пасторальной, а потом догматической. В 1932 года номинирован габилитированным профессором теологии за работу “Грех первородный в теологии Анзельма”, в 1935 году номинирован на профессора чрезвычайного. В 1933 году на VII съезде Союза богословских организаций Вильна профессор Путята избран его председателем. Благодаря ему напечатаны материалы этого съезда, он входил и в состав редакции издания “Теологические исследования”. Ксендз Путята был ректором костела августинцев, цензором религиозных изданий Виленской епархии, членом общества членов наук в Вильнюсе. По жизни был очень скромным, материально помогал учащейся молодежи. После начала Второй мировой войны работал до их закрытия 12 декабря 1939 года в университете и в духовной семинарии. Во времена оккупации преподавал в тайно созданных гимназиях латинский язык и религию. Участвовал в подпольной работе против оккупантов. Вместе с другими профессорами теологического факультета 3 марта 1942 года был арестован гестапо и помещен в тюрьму Лукишки. Потом направлены в фашистские концлагеря сначала в Вильковишсках, далее в Шалтупи у Каунаса. Из-за тяжелой неизлечимой болезни 31 марта 1943 года был освобожден и вернулся в Вильно. Умер в доме сестер общества непоколебимого сердца Девы Марии 12 июля 1943 года. Похоронен на бернардинском кладбище в Вильнюсе

Митрополит Винсент Ключинский

Знаменитые люди Миорского края

Архиепископ, митрополит Могилевско-Минский (1847-1917). Родился в 1847 г. в Шарковщине, крещен в Новопогостском костеле. Его отец Адольф служил писарем в гмине, быстро умер, и воспитанием занималась мать Франциска из рода Корсаков. Учился в Динабургской гимназии, а в 1865 г. поступил в духовную семинарию в Вильно, далее учился в Петербургской духовной семинарии, которую окончил со степенью магистра теологии.  В 1871 г. получил посвящение в священники. Работал профессором духовной семинарии в Вильнюсе, где преподавал догматику, моральную теологию, священное письмо. Исполнял обязанности инспектора семинарии, стал каноником, а потом прелатом Виленской капитулы. Ключинский занимался не только церковными делами, но и активной общественной деятельностью, благотворительностью. Организовывал помощь сиротам, бедным. В 1889 г. заложил в Вильне общество лиц, желавших работать в духе католицизма и народности. Структура позже превратилась в тайное монашское сплочение, которое занималось опекой над сиротами и подкидышами, воспитывавшимися в католическом духе. В то время условием содержания в государственных приютах сирот было обязательное православное крещение. В заботе священнического призвания Ключинский начал частную подготовку кандидатов к священническому званию, в которых ребята имели опеку. В 1898 г. Виленский епископ Звирович послал Ключинского как представителя Виленской епархии в Петербургскую Духовную коллегию. Участвовал Винсент в паломничестве к Святой Земле, Египту. В 1910 г. назначен папой Пием Х митрополитом Могилевско — Минским, организовывал деятельность католической церкви в самой большой епархии Российской империи, которая распространялась вплоть до Владивостока и Сахалина. Началось тяжелое сражение с царским правительством за права католиков. Но измученный трудностями труда и болезнями в конце 1913 г. Ключинский отказался от должности архиепископа.  Апостольская столица приняла отказ 21.07.1914 г. для поправки здоровья митрополит едет сперва на Кавказ, потом в Крым, где и умирает в Алуште в 1917 г. Похоронен в Петербурге, позже останки перевезли в Вильнюс.

Павел Волынцевич – фотолетописец из узмен

Знаменитые люди Миорского края

Уникальной личностью, с которой связано почти полвека истории этой деревни, был священник Узменской Церкви Павел Волынцевич. Он служил здесь с 1904 по 1947 гг. Это имя стало широко известным в Беларуси, когда коллекционер из Минска Дмитрий Серебренников приобрел на аукционе коллекцию старых фотопластинок, а фотохудожник Владимир Сутягин сделал из них фотоснимки. Эти люди провели большую работу по идентификации снимков и изучению личности священника.

Родился на Гродненщине в семье дьякона. Отец дал всем троим сыновьям духовное образование. Вскоре после окончания духовной семинарии Павел Волынцевич служит священником в Узменах. Разносторонне образованный человек. Интересовался разными науками: физикой, астрономией, химией, гуманитарными знаниями. Позже его внучка вспоминала, что дедушка всегда строго наставлял свои часы по солнечному. Но несмотря на увлечения никогда не нарушал церковных законов и предписаний. Никогда не пил, не курил, не ходил в светской одежде, а только в церковной. У батюшки была большая библиотека, где находились книги разнообразной тематики. Занимался пчеловодством, рисовал картины маслом. На фотографиях интерьера дома в Узменах мы видим много полотен и разных интересных вещей. Все время священник не расстается с фотоаппаратом. Он фактически создает фотолетопись наших мест. На его совершенных снимках видим быт семьи в первой половине ХХ в., праздники в Святомикольской церкви, наводнение на Западной Двине, священников из разных храмов Миорщины, строительство нового дома, Дожинки, семейные торжества, отдых на реке. Сохранилось много фото окрестностей, которое сейчас несравненно изменилось.

Огромное значение имеют кадры повседневной жизни здешних жителей, их одежда, занятия, предметы быта. Павел Волынцевич вместе с прихожанами пережил много бурлящих событий: три революции, гражданскую войну, две мировые войны, борьбу с религией. Все это время он не расставался с фотокамерой и стремился зафиксировать события. После смерти жены в 1947 г. переезжает на Гродненщину и там продолжает священническую службу. В 1948 г. в его доме происходит пожар, сгорело все имущество. К великому счастью, уцелели фотонегативы, сделанные в наших местах. Во время переезда он их оставил в Узменах и забрал только в 50-е гг. После пожара наш священник перебирается в другое место и продолжает службу до смерти в 1962 г., Похоронен в Волковыске. После проявления фотонегативов искусствоведы из Минска организовали много выставок, которые прошли с большим успехом по всей Беларуси, в том числе и Миорах.

Чеслав Сипович

Знаменитые люди Миорского края

Организатор первого в мире музея и библиотеки имени Франциска Скорины Чеслав Сипович родился 8 декабря 1914 г. в д.Дедино современного Миорского района.  Род Сиповичей известен в наших местах с XVI в. Эта фамилия названа еще в подписи войск ВКЛ 1567 г. но через 300 лет ни о каком дворянстве уже речь не шла. Его отец Винсент и мать Ядвига из рода тычков были обычными крестьянами, обрабатывали небольшой удел земли. В семье родились девять детей, но выжили только пять: четыре мальчика и одна девочка. До сих пор сохранился дом, где прошли детские годы маленького Чеся. Он самый старший в семье и поэтому с младенчества узнал трудности крестьянского труда. Учился в обычной деревенской польской школе. Учительница преподавала детям в духе польского патриотизма. Откуда же у Чеслава появилось национальное самосознание? Прежде всего воспитывала само окружение. В деревне тогда все разговаривали по-белорусски. Мать хоть и была неграмотной, но знала наизусть много белорусских народных песен и могла сама сочинять стихи. Большое влияние на молодого парня оказала газета” белорусский источник», священник и поэт Петр простой. Но наибольшее значение в воспитании отечественного сознания сыграла его встреча со священниками-белорусами, которые жили в Марианском монастыре в Друе. Заметив необычную прагу к знаниям, они пригласили Чеслава в 1928 г. получать образование в Друйской гимназии. Правда, обучение и здесь велось по-польски, но благодаря священникам Иосифу Германовичу, Казимиру Смулько, Андрею Тикоту в гимназии царил белорусский дух. Когда Чеслав приезжал в родную деревню на каникулы, то знакомил братьев и местную молодежь с белорусской литературой, пел родные песни, особенно «Ой реченька-реченька». Его брат Ян рассказывал о таком случае: чувства настолько переполняли парня, что он залезал на высокую березу и с нее вовсю декламировал белорусские стихи. Как лучший ученик гимназии, в 1935 г. Чеслав Сипович поступает на философско-теологический факультет Виленского университета, который успешно заканчивает в 1938 г. и снова его способности замечен, и, как лучший выпускник, направлен для учебы в итальянский Григорианский университет. С 1942 г. учится в Папском Восточном институте в Риме. В это время шла война и наш земляк не остается в стороне от борьбы с фашизмом, участвует в белорусском национально-освободительном движении. В 1946 г. защищает докторскую диссертацию, посвященную известному религиозному деятелю Беларуси митрополиту Смагоржевскому. Благодаря своим способностям овладевает 16-ю языками, но он не мог посвятить талант непосредственно родине, ведь в это время на Беларуси шла ожесточенная борьба против религии, закрывались и разрушались храмы, а священники арестовывались и попадали в сталинские лагеря. Вот почему после войны он переезжает в Англию, где в это время оказалось много соотечественников. Чеслав за рубежом объединяет баларусов-священников, с Л.Горошком и П.Татарановичем создает журнал “Божьим путем”. Сначала сотрудник, а потом и главный редактор. Уже в одном из первых номеров журнала в 1947 г. он печатает статью “Основы белорусского патриотизма”, которая не утратила актуальности до сегодняшнего. Вот строки оттуда: «в слове Отечество таится, как зачарованная, веками добываемая и глубоко переживаемая культура народа, его обычаи и обряды. Быть может, Отечество есть славное из небодренных гор и из природного богатства,но истинное ее величие, что восстает из наших людей, никто не уступит. Славу Отечества творят те, что смогли подняться выше толпы в нравственной и общественной жизни, в науке и искусстве”. В этой статье он дает свое объяснение патриотизму, Его отличие от национализма и шовинизма, ренегатства и космополитизма. Основу белорусского патриотизма он видит в формуле: “Бог-отцы-Батькивщина”. Только на таких принципах можно воспитать настоящего белоруса. Их нарушение ведет к отречению от родины, измене интересам своего народа. Зная о больших возможностях религии по сохранению всего национального, Сипович в Англии создает организацию греко-католической церкви. С 1948 г. осуществляет свой замысел. Благодаря пожертвованиям белорусов и личным сбережениям он строит в Лондоне церковь святых Петра и Павла. Это первый томашний греко-католический храм с оригинальной архитектурой. В нем помещена интересная икона XV в. Вокруг храма объединяются верующие-белорусы не только из Англии, но и других стран мира. Сипович входит в ассоциацию белорусов Великобритании, в которой проводит большую общественную работу. Создается белорусское общество. Наш земляк мечтает основать, как и в Друе, Марианский религиозный и культурный центр, где у белорусов на чужбине воспитывалось бы национальное сознание. По приглашению Сиповича, в Лондон приезжают его друзья из других стран мира: Фелис Журнев, Николай Богович, Томаш Падява. Из сибирских сталинских лагерей возвращается Иосиф Германович.

В 1960 г. римский Папа торжественно назначил Чеслава Сиповича епископом греко-католической церкви. Впервые за 150 лет белорусы греко-католики получают своего епископа. Также наш земляк стал инспектором всех белорусских церквей на Западе. Одним из первых дел епископа было создание общежития для мальчиков-белорусов по происхождению, чтобы они могли расти в родной атмосфере. Чеслав Сипович входит в состав комиссии по реформе религии на Втором Ватиканском соборе. Он дважды путешествует вокруг света, посещая белорусские церкви, общины и общества в Канаде, Аргентине, Бразилии, США, Австралии, Новой Зеландии и т.д. Но мы сделаем ошибку, сказав, что Чеслав занимался только религиозными делами. Он везде, где бы ни был, собирал для будущего музея и библиотеки документы, книги, рукописи, иконы. Благодаря пожертвованиям иностранных белорусов в 1971 г. создает библиотеку и музей имени Франциска Скорины. Трудно даже представить, что в таких неблагоприятных условиях, далеко от Родины, не имея достаточно средств, собраны настоящие сокровища белорусской культуры. В музее большая нумизматическая коллекция, редкие издания нашего первопечатника, белорусские книги XVI-XVIІ вв., рукописи Янки Купалы и других знаменитых писателей и общественных деятелей ХХ в., документы XVI-XVIІІ вв., слуцкие пояса, а Беларусь не имела ни одного. Между тем на родине его самоотверженность называлась шпионской в пользу ЦРУ. В последние 10 лет своей жизни Сипович тяжело болел, но по-прежнему не прекращал активного служения обществу. Все свободное время проводил в библиотеке и музее, где занимался научной деятельностью, раскрывая неизвестные страницы белорусской истории, культуры и религии. Несмотря на болезнь сердца участвует в международных конференциях, симпозиумах, паломничает. На празднование десятилетия его музея-библиотеки 4 октября 1981 года съехались гости со всего мира. Чеслав Сипович еще успел отслужить торжественную литургию, и в этот день его сердце не выдержало и остановилось навсегда. К последней минуте своей жизни он мечтал вернуться на Родину, которую оставил в 1938 г. переписывался с братом, сестрою, племенниками.  В его письмах слышится не только тоска по Беларуси, но и наставление молодым родственникам не сторониться родного языка, гордиться историей Отечества. Вот строки из его письма к родственникам, написанные в 1981 г.: «много где бывал, но милейшего уголка за Беларусь я нигде не нашел!»И далее он цитирует стихотворение знаменитого поэта» о край родной, край красивый, милый угол моих дедов”. После смерти Сиповича его дело не угасло. Библиотека и музей продолжают существовать. А на родине у Дедина несколько лет назад умерла его сестра Фэля и дом сейчас пустует. Хорошо бы сделать там музей в честь знаменитого земляка. В упадок приходит и интересное здание бывшей Дединской школы 30-х гг. ХХ в. Деревня Дедина является своеобразным феноменом в количестве выдающихся личностей, которые здесь родились. В интернете мы нашли упоминание об Александре Дорошкевиче из этих мест. Будучи в составе 1-й армии Войска Польского в 1945 г. он первый поднял польский флаг над освобожденной от фашистов Варшавой. Документы о нем, фотографии помещены в музее Войска Польского. Из Дедина происходил и организатор культурно — просветительского общества белорусов в далекой Аргентине-Гайлевич.

Юзеф Бородич - борец за веру, неугомонный строитель святынь

Знаменитые люди Миорского края

Ксендз-каноник Юзеф Бородич недолго проводил пасторскую деятельность на Миорской земле, но величие его усилий не угасло и спустя столетие. Основные сведения о нем мы взяли прежде всего из трех книг его мемуаров, которые он писал на протяжении всей своей жизни.

Родился будущий священник и строитель каменного Миорского храма 13 июня 1863 года в имении Шовкишки Ковенской губернии. Так он написал в книге «на телеге и под возом», Краков, 1911 г. Но в своих воспоминаниях «Кресы Виленские в опасности», напечатанных в Вильнюсе в 1930 году, подан им год рождения 1861, а город рождения — Варшава. Поэтому нужно согласиться с последней датой. Его отец и мать были активны участники национально-освободительного движения, чтобы избежать наказания сибирской каторгой, из Новогрудчины выехали в Варшаву, где и пришел на свет будущий священник.

Первоначальное образование получил от родителей. Семья была очень благочестивой и поэтому воспитала двух священников. Кроме Юзефа католическим священником стал его брат Иоанн. С малых лет Юзеф Бородич тяжело работал, сначала в Паневежисе, куда переехали его родители, потом в Каунасе (Каунасе). Собрав 600 рублей, поехал учиться в город Орел, где получил свидетельство об окончании гимназии. Сначала в 1892 году пытался поступить в духовную семинарию в Каунас, но не сдал экзамены по русскому языку. Поехал искать возможности поступать в семинарию в Вильнюсе. Этот город оказал большое влияние на молодого Бородича. Здесь несмотря на репрессии царских властей сохранились многие католические святыни. Стремление стать священником было вызвано изучением и знакомством с деятельностью епископов Красиньского и Лобеньского, героических фигур мучеников за страну и веру Мицкевича, Калиновского, Плятера, Воловича, Домбровского и других. В 1893 году Юзеф поступил в Виленскую духовную семинарию. Примирение священника состоялось в знаменитой часовне Матери Божьей Остробрамской в Вильне в 1897 году. Молодой ксендз направлен викарием в костел в Неменчине, где и проводил пастырскую деятельность с октября 1897 года по сентябрь 1898-го. Так как после репрессий Муравьева близкие от Неменчина костелы были закрыты, то приход насчитывал около 10 тысяч верующих. Ее настоятель, престарелый ксендз Шимкевич не имел силы, чтобы выполнять все обязанности. Вот поэтому молодой викарий со всей своей энергией начал проводить пасторскую деятельность. Уже через несколько месяцев катехизации к первому причастию приступило 1270 детей! Заметив, что в приходе процветает пьянство, молодой священник начинает активную борьбу и с этим злом, закладывает братство трезвости. Такая активная деятельность сразу вызвала обеспокоенность российских властей-шовинисты и жандармы начали писать доносы губернатору, поэтому Бородича направляют викарием в Лиду. Напрасно писали прихожане прошения, чтобы оставили священника в Неменчине — царские власти свои предписания не отменили. О том, какое уважение менее чем за год заслужил Юзеф Бородич, свидетельствует тот факт, что прихожане везли его в Лиду за 100 километров на подводах, украшенных цветами. В Лиде, где после восстания также были закрыты костелы и сохранившийся монастырь, приход единственного сохранившегося храма насчитывал 18 тысяч верующих. Но русификаторская деятельность через школы, церкви и власть привела к негативным явлениям в среде католиков. Чтобы укрепить православную веру, батюшкам за погребение католика по православному обряду давали 50 рублей. Часто происходило, что с помощью жандармов на кладбище отпевал батюшка, а католического священника под конвоем доставляли в плебанию. Молодой викарий и здесь активно начал противостоять политике российских властей. За несколько месяцев провел катехизацию 670 детей. Укреплял католическую веру через исповедь, посещение больных и во время колядования. Опять пошли доносы на священника губернатору. Было использовано и то, что из костела исчез портрет князя Александра Невского, который принудительно был помещен в католическом храме царскими властями. Появившись с предписанием от губернатора до Бородича, полицейский исправник даже продекламировал следующие строки:”за Лидские пороки езжай в Троки, а с Трок — прямо в острог» ” Так как прихожане не хотели отпускать викария, то полицейские, чтобы не допустить безобразия, вывели ксендза из плебании «черным ходом» и тайно привезли на железнодорожный вокзал. В Тракае Бородич служил только три месяца с января по март 1899 года, но неподалеку от Вильнюса надзор полиции был очень строг, поэтому Виленский епископ Зверович направляет Бородича подальше от губернского города в небольшое литовское поселение Довгялишки. Только недолго он и здесь поработал. За активную не только пасторскую, но и патриотическую деятельность викарий Бородич под конвоем двух жандармов доставлен в монастырь францисканцев в Гродно, где пробыл в темнице с августа 1899 года по август 1900 года. Монастырь не закрыт российскими властями только для того, чтобы порабощать там католических священников, которые осмеливались проводить пасторскую деятельность против православия и властей. Ксендз Юзеф был заключен в заплесневелую сырую келью, которую, как в настоящей тюрьме, запирали. Мессу мог отправлять только наутро. Год заключения для такой активной фигуры, как Бородич, длился очень долго. Из окна своей темницы он мог только наблюдать стены Гродненского замка и реку Неман. Некоторое утешение принесло посещение священника-узника знаменитой писательницей Элизой Ожешко, которая передала ему стопку книжек, что немного уменьшило его журбу по воле. За год только однажды он покинул монастырь, чтобы исповедать больную литовку, так как в Гродно в это время не было католических священников, которые бы знали литовский язык. Это произошло с большими трудностями, ведь нужно было разрешение самого губернатора и эскорт жандармов. Уже в монастыре проявился его талант священника-писателя. Он написал рукопись книжечки”розарий в честь Сердца Иисуса и Пресвятой Марии Девы». Посвятил ее Виленскому епископу Стефану-Александру Зверовичу. В 1901 году она напечатана на средства автора в Варшавской типографии В. Немиры и сыновей. Даже за разрешение печатать Бородич заплатил российскому цензору 50 рублей.

После заключения в монастыре священник посетил Рим, где папа Леон XIII благословил его на миссионерскую деятельность. По возвращении из Рима Виленский епископ Зверович отметил ксендза Бородича золотым крестом, врученным от прихожан Лиды. Но царские власти всячески продолжали препятствовать священнику-Патриоту, в Вильне он, будучи настоятелем при костеле Святого Якуба, не мог даже публично проводить святую мессу. Виленский ординарий направил тогда Бородича викарием в Жосли, где и проводил пасторскую работу с октября 1900 года по август 1901-го. В приходе преобладали литовцы. Но сразу в своей первой проповеди священник довел до прихожан, что он не поляк, не литовец, а только католический священник, поэтому каждый может с ним разговаривать в костеле на том языке, на котором разговаривают в его доме. Это объединило верующих, за короткий срок собраны пожертвования. И за шесть недель построены стены святыни, в скором времени крыша, фундамент же под нее стоял несколько лет. Большинство населения в Жосли были католиками, поэтому у Бородича не было особых стычек с властями. Но спокойная жизнь продолжалась недолго. В августе его направляет епископ Зверович к приходу в Клющаны для постройки там костела и плебании. Вильнюсский губернатор не утвердил Бородича на должность настоятеля, поэтому назначен он был как бы временно, только исполняющим обязанности. Приход в Клющанах насчитывал 3000 верующих литовцев, поляков, белорусов, сплошь неграмотных и очень бедных, так как земля была неурожайная. Костел был деревянный, старый и заброшенный, как и плебания, и насчитывал 450 лет. (На самом деле построен в XVIII в. — Прим. Аут.). Вновь проявились большие организаторские способности священника, он смог организовать местный люд для строительства святыни. Сам не чурался труда, иногда вместе с верующими на лошадях за 50 верст возил необходимый для постройки лес. За два года сумел перестроить деревянный костел в гатыцко-закопанском стиле, вдобавок еще и плебанию, и дом для костельных служб. На фронтоне установили две башни вместо одной восьмигранной колокольни. По-новому оборудованы три алтаря. Костел прослужил верующим более ста лет, к сожалению, беспощадное пламя в 2014 году уничтожило этот памятник деревянного зодчества. В Клющанах священник также борется с пьянством, закладывает общество трезвости. И в этом приходе Юзеф Бородич активно укреплял католическую веру, противостоял в деле российских властей, которые распространяли и поддерживали только православие.

Яркий этому пример-перестройка православной церкви на костел в Желяди. Поэтому под притеснением царских властей Виленский епископ Эдвард барон фон Ропп неугомонного священника направляет на Дисенщину, где большинство населения было православным. Но и здесь он смог построить величественный каменный храм и плебанию. Об этом мы подробно писали выше. Вновь российские власти за активную деятельность по обращению бывших униатов в католическую веру переводят Бородича ксендзом в приход субботники. Преследование неугомонного католического священника продолжается, так как его деятельность наносила большой вред авторитету господствующей религии. Да, в Жосли и в Миорах он даже проехался на повозке, которую тянули во всем облачении православные батюшки. На священника было заведено девять судебных дел. Над ним начаты в Пскове и Гродно два судебных процесса. До их завершения на три года ксендз Бородич был сослан в Ярославскую губернию. Неугомонный священник и в ссылке развернул активную деятельность, ведь даже в глубинке Российской империи было много католиков, прежде всего поляков, сосланных за участие в национально-освободительной борьбе. Там наш священник активно проводит реколлекции, катехизацию, собирает средства на строительство католического храма в Рыбинске и часовне в Мышкине. Его деятельность приобрела популярность и у православных, потому что он не пугался посещать и исповедовать больных холерой, проводить православных в последний путь бесплатно для бедных, у кого не было денег заплатить.

Имея опыт строительства каменного храма в Миорах, он содержит в различных газетах оповещения, призывы с просьбой пожертвований на возведение святыни, печатает и распространяет “цегелки” и иконки, деньги от их продажи также шли на храм.

За короткий срок на пожертвования из разных уголков Российской империи построен величественный костел в Рыбинске, который, по мнению самого ксендза, был красивейший из всех построенных им 12 католических святынь.

Здание храма чудом сохранилось до нашего времени, хотя и не служит по назначению. Кроме костела, была сооружена каменная в два этажа плебания. На одном этаже жил священник, второй сдавался в аренду, средства от которой шли на содержание ксендза и костела. Несмотря на то что Бородич был выслан из Рыбинска, он приезжал сюда, прикрепив черную бороду, и продолжал управлять строительством.

Хотя после Ярославской губернии неугомонный ксендз был приговорен к заключению в Аглонском монастыре в Латвии. В своей книге “на телеге и под возом» священник подробно описывает предубеждение царской судебной системы. Российские суды в Гродно и Пскове за унижение самодержавия, православной церкви и активное обращение православных верующих в католицизм приговорили священника-борца за католическую веру к тюремному заключению в крепости Динабург. По дороге в крепость с помощью ксендза Чока Бородич сумел убежать и благодаря взятке российскому пограничнику в один серебряный рубль успешно покинул пределы Российской империи и добрался до Кракова, который тогда был в составе Австро-Венгерской империи. Здесь он учился философии в знаменитом Ягеллонском университете, одновременно опекал над 150 сиротами из детского дома в Павликовицах. Благодаря Бородичу сироты дом рассчитался с долгами и дети были более обеспечены припасами и одеждой. Именно в это время он написал первую книгу своих воспоминаний” под возом и на телеге», которую и напечатал за свои средства в типографии М. Зембиньской.

После окончания учебы был приглашен польскими эмигрантами в город Сан-Ремо. С разрешения Виленского ординария, епископа Михалкевича получил возможность проводить пасторскую деятельность в Италии между польских эмигрантов. Его экселенция ксендз-епископ Даффра назначил Бородича настоятелем семитысячного прихода св. Роха в Сан-Ремо. Святыня требовала ремонта, и поэтому наш священник вновь начал активно действовать, собирать деньги. Всего было собрано 5343 лиры 95 сентимов. Деньги, оставшиеся после ремонта, численностью в 2464 лиры комитетом переданы Бородичу как гонорар, но тот отказался и отдал их в распоряжение епископа Даффра. 1 мая 1914 года родная сестра Бородича, Анна, по мужу Шкултынова прислала брату из США 100 тысяч лир для постройки виллы”полония». Кроме виллы, Бородич строит небольшой готический костел, Бюро бесплатной информации, организует издание газеты » поляк на Ривьере”, организовывает библиотеку, а во время войны в 1915 году создает польский народный комитет с разрешения министра иностранных дел Италии Орландо, начали выдавать польские паспорта.

На вилле был изображен Большой Белый орел-герб Речи Посполитой, изображение которого применялось потом на печатях паспортов. Активная пропольская деятельность ксендза Бородича в Италии не осталась без внимания царских властей. Российский посол в Италии Шерс с помощью агентов царской разведки направляет Бородича в концлагерь во Флоренцию, оттуда прямо в Одессу, как позже говорили в польской военной миссии,”на расстрел» “ Но корабль «Мануэль Кальве», на котором плыл священник, подорвался на немецкой мине. Моряки с английского корабля спасли тонущих и привезли их в Константинополь. Во время спасания с тонущего корабля священник потерял все имущество и документы, остался в одном белье. Английский моряк, сжалившись, подарил ему куртку. Бородича спасал от темницы польский Генеральный консул Антони Свержбинский. Он привез его к папскому нунцию и представил как священника. Тот вначале не поверил, но знание Бородичем латинского языка убедила нунция, что перед ним католический священник. Он устраивает ксендза Юзефа в колонии польских эмигрантов в Адамполе, которые четыре года были без пастора. После провозглашения независимости Польши ксендз Бородич направляется в эту страну как первый дипломатический курьер с Востока, привозит в Варшаву семь чемоданов дипломатической почты. Но и в независимой Польше начались преследования неугомонного священника. В чем его не только не обвиняли недоброжелатели: и что он не имеет священнического свидетельства, и что был агентом сначала царской охранки, а потом большевистской ЧК, что имел финансовые злоупотребления в Сан-Ремо и т.д. Многие купленные врагами священника журналисты писали о нем различные клеветнические статьи. Ксендз Бородич вызвал своих врагов на так называемый суд чести. Суд чести 29 апреля 1925 года признал его невиновным в предъявленных обвинениях и призвал польские власти, епископат польский и прессу поддержать ксендза. В поддержку Юзефа Бородича написал письмо и Папа Римский Пий XI. верующие из Дисненского уезда и почти через 20 лет хорошо помнили своего пастора, и в его поддержку было собрано 5000 тысяч подписей не только католиков, но и представителей других вероисповеданий. Положительное решение судебного дела позволило ксендзу Бородичу наконец через 20 лет посетить Виленщину, ставшую ему родным. Местный люд триумфально везде встречал священника. От станции Друя 25 километров, но верующие построили 38 ворот, под которыми жители окрестных деревень приветствовали дорогого им ксендза. Не имея возможности вернуться и работать священником в Миорах, Бородич получил разрешение от Виленского митрополита проводить пастырскую деятельность в Леонполе и окрестностях. Зная, какое большое значение для верующих имеют храмы, где можно утолить свою душу встречей с Господом Богом, ксендз Бородич начинает активно строить костелы и часовни над Двиной. Когда — то здесь господствовали униатские церкви, но после подавления восстания 1830-1831 годов униаты насильственно были переведены в православных, униатские храмы стали православными церквями. Поэтому вернуть бывших униатов в католичество, таким образом укрепить польское государство, а также бороться с коммунистическими идеями, которые распространялись из-за Двины, где был атеистический Советский Союз — такие задачи ставил неугомонный священник-борец за римско-католический костел. И случилось поистине чудо Божие, за два с половиной месяца на Миорщине благодаря усилиям священника построено шесть деревянных костелов и часовен. При этом нужно учитывать противодействие части православного населения, как это случилось в Леонполе, когда Бородич пытался построить костел на месте убийства казаками леонпольских униатов. При этом польские власти, чтобы не допустить конфликта, встали на сторону православного населения, арестовали сторонников священника и поместили их в тюрьму Лукишки. На Бородича посыпались жалобы в различные инстанции, их накопилось более 80 за несколько недель. Против ксендза писались многочисленные обвинительные статьи не только в оппозиционных газетах, но и государственных, таких как “курьер Виленский”.

Только священник был непреклонен, он достиг своей цели, построив шесть святынь. Отличный организатор сначала направил Плотников делать срубы для будущих костелов прямо в лесу, чтобы потом их было легче перевезти и только сочинить. Местное население с энтузиазмом откликнулось на призыв Бородича возводить святыни. Несмотря на жаркую летнюю пору навезенный гравий, камни, и залиты фундаменты для будущих храмов. Новопостроения должен был освятить епископ Яблжиковский, поэтому для проезда его автомобиля ремонтировались дороги, строились мосты. По желанию прихожан будущих костелов на торжественность приглашены из Варшавы Юзеф Пилсудский и министры. 16 августа 1927 года началось освящение новопостроенных святынь.

Епископ Яблжиковский выехал из Дисны и сначала освятил костел в Боболово, потом в Застаринцах. Везде его Экселенцию приветствовали не только католики, но и православные, евреи. Из Застаринцев епископ пожаловал к костелу в Миорах и подивился на величественное и красивое здание каменной святыни, которая возникла благодаря ксендзу Бородичу за один год. Наутро следующего дня епископ освятил костел в Богуденьках, башня которого красиво смотрелась в зеркале озера Орцы. После состоялось торжество освящения костела в Поташне, который своей высокой 15-метровой башней доминировал над окрестностями. Затем состоялась торжественная встреча епископа в Леонполе, где его приветствовали войт гмины Орловский, особенно понравился епископу стихотворение пани Ядвиги Караневской о ксендзе Бородиче.

    Затем по-еврейски приветствовал епископа леонпольский раввин Борух Шугол. Также по-еврейски приветствовал его ксендз-епископ. С речью обратился к собравшимся и ксендз Бородич, который рассказал о тяжелом историческом прошлом края, когда люди отдавали за веру свою жизнь, в том числе и рассказывал о семи леонпольских мучениках, убитых за веру. Напомнил, что и в независимой католической Польше нашлись враги, которые помешали ему построить костел в Леонполе на могиле мучеников. Епископ Яблжиковский в своей речи к присутствующим на торжестве приветствовал не только католиков, но и православных, евреев, говорил о единстве, благодарил за совместную работу по построению храмов над Двиной, особую благодарность он выразил православным из деревни Слобода, собравшим пожертвования на колокол для костела в Боболове. Были зачитаны и телеграмма главы польского государства следующего содержания: “ксендзу-канонику Бородичу в Леонполе. Не имея возможности лично приехать на торжество освящения новопостроенных костелов в Боболове, Застаринцах, Богуденьках, Поташне, Леонполе, выражаю глубокие слова искренней благодарности ксендзу-канонику за выполненные работы. Будьте уверены, что в такой радостный для вас день, как сегодня, или в дни, трудные для Вас, мыслями и сердцем всегда с вами. Юзеф Пилсудский. Маршалок Польши»” Телеграммы подобного содержания были присланы и от президента страны Игнатия Мастицкого, ксендза-кардинала Примаса Польши Глонда, министра Савой-Складовского, министра иностранных дел Залесского и от многих других руководящих лиц из польского правительства. После отъезда епископа ксендз Бородич остается еще на месяц, чтобы освободить осужденных за веру жителей Леонполя и передать имущество и святыни назначенному епископом ксендзу-администратору Малаховскому. Сам Юзеф Бородич направится на Волынь, где также встречается со священниками, верующими католиками, чтобы противостоять недоброжелателям Римско-католической церкви. Результатом этой поездки стали очередные напечатанные им на польском языке книги: «на Руси Галицийской готовится схизма» “ «Смотри, Как хорошо под Москалем жили»” О поездке в Латвию пишет книгу «польские Инфлянты». Когда начали в следующем году проводиться выборы в польский сейм, ксендз Бородич выдвигает свою кандидатуру от четырех уездов: Дисненского, Браславского, Поставского, Свенцянского, проводит активную предвыборную агитацию, в которой призывает избирателей не поддаваться коммунистическим влияниям, держаться католической веры и польского государства. Популярность нашего священника была большой, и он легко мог быть избран в сейм, но из-за политических соображений епископ Яблжиковский приказал ксендзу Бородичу снять кандидатуру, тот вынужден был подчиниться. В 1928 году неугомонный священник остался по-прежнему на Виленщине без прихода. Ксендз-епископ разрешил ему только отправлять мессу и исповедовать в костелах. В основном Бородич это делал в Миорах, где к нему благосклонно относился ксендз дзекан Ромуальд Свирковский, и в Клющанах, где проводил катехизацию детей, как и когда-то 25 лет назад, служа здесь настоятелем, катехизировал их родителей. Интересный проект попытался в это время реализовать неугомонный священник. Американские друзья обещали ему 200 тысяч долларов на покупку автомобиля-фургона, который можно было переоборудовать на подвижной костел. Таким обычно пользовались миссионеры в Америке. Бородичу идея понравилась, ведь действительно в те времена, когда костелы находились на расстоянии в 20 километров, старым старушкам и маленьким детям было трудно добраться до святыни, а при помощи автомобиля-фургона можно было выполнять религиозные потребности на любом расстоянии. С подобным проектом и обратился наш священник за разрешением в епископат Польши, но получил отрицательный ответ. В следующем 1929 году, получив многочисленные приглашения друйских прихожан и разрешение епископа Яблжиковского, ксендз Юзеф Бородич направляется в Друю, чтобы отстроить костел Святого Антония. Создает комитет постройки храма, организует сбор пожертвований, и прихожане начинают откапывать фундаменты бывшего костела Святого Антония и костела доминиканцев, взорванного царскими властями в 1908 году.

Но начался недоразумения с белорусским ксендзами-марианами, которые были против того, чтобы Бородич строил в Друе второй костел. Церковные власти против нашего неугомонного ревнителя, приказывают ему бросить поток. Сказуемое запроса ксендза-епископа Шпринговича в Латвии организовать постройку костела в Варнавичах, ксендз Бородич направляется на латышскую сторону Западной Двины. Во время святой мессы он произносил проповедь по-литовски и по-польски, ксендз-латыш по-латышски, так как приход был смешан, жили верующие трех национальностей. Речи на трех языках объединили всех для построения храма. Сразу было собрано на строительство Амаль 1000 латов. Уже в первую неделю прихожане навезли 3000 ВАЗов гравия и песка. Поскольку приход был бедным, то наш священник отрядил разрешение от епископа печатать обращения, иконки и «цегелки» для пожертвований.

А пока не хватало собранных денег, Бородич на собственные покупки два вагона цемента и жалоба. Читая воспоминание священника, убеждаешься, сколько мощи, упорства, энергии нужно было иметь почти семидесятилетнему ксендзу, чтобы преодолевать все препятствия для скорейшей постройки святыни. Препятствия здесь были и ад власти латышей-националистов, и ад недоверчивых министров, и ад простая недобросовестных лица. Так, например, первый вагон цемента оказался не той марки, которая была заказана Бородичем, архитектор Павлов, хоть и подписал проект постройки храма, но, не имея опыта в новой технологии, отказался быть руководителем строительства. Ксендз Бородич действительно изобрел новый быстрый процесс возведения костела: заливка бетона железных конструкций. В Европе эта технология была уже широко распространена, а в годы Первой мировой войны немцы ее использовали при построении окреплений. Убедился, что выбранный им проект правильный, священник присылает вопрос епископу, министрам для участия в торжестве освящения храма 3 ноября 1929 года.

В это время буря завалила старое здание костела, и верующие во главе с Бородичем торжественно перенесли священные дары, иконы и другие реки за пять километров в только что построенный храм. Святыню помогали возводить и прихожане из Браслава, Пиедруи, Лейнбора и других мест. Было собрано собственно Бородичем, а также за счет возлагал 14 тысяч латов. Как и планировалось, 3 ноября было торжественное освящение костела в присутствии многочисленных священников и верующих из соседей. Освятил новый храм ксендз-дзекан Киселис. Попутно открыт и освящен памятник польским солдатам, погибшим в Советско-польской войне 1920 года.

Через все лихолетья построен благодаря ксендзу Юзефу Бородичу храм и нынешнего служить людям. Через неделю ксендз Бородич уже прощается со своими прихожанами в Варнавичах и направляется на помощь строительства святыни в Крошине на Брестчине. К зиме там успели заложить фундаменты, а весны святилище уже закончил строить родной брат Бородича ксендз Ян Бородич. Отныне наш священник проводит зиму в теплом Сан-Ремо, где не только занимается душпастерской деятельностью, но и осуществляет заботу об эмигрантах-поляках, покровительствует различными приютами для стариков и больных. Здесь в его собственности построены им костел и плебания на 60 комнат, сад и огород, которые он заложил еще в 1914 году. Его приход в Сан-Ремо настолько велик по площади, что расположен в двух государствах-Италии и Франции. Чтобы лучше посещать своих прихожан, больных и стариков, ксендз Бородич набивает себе авто и в 70 лет сам учится им управлять. Костел в Сан-Ремо был еще первоначально назначен бикупом Дафра для верующих разных национальностей-французов, итальянцев, англичан, Немцов, поляков и др. Для кожных из них был свой распорядок святых месс на их языках. Для поляков и литовцев телебравил мессы сам Бородич. Несмотря на постоянно возраст, он принимает активное участие в католических конференциях и конгрессах евхаристических в Картахене, Тунисе. Но кожное лето приезжает на Виленщину, которая стала для него родной, где проводит катехизацию, реколлекции, так как не имеет постоянного прихода. О силе духа священника как человека свидетельствует его переход на автомобиле без шофера из Сан-Ремо до Варшавы, а потом и до Вильни, а из Вильни на Мерщину. При этом ему пришлось преодолевать снежные метели в Альпах, плохие кажется на Виленщине, отсутствие достаточного количества заправочных станций. Несколько раз попадал в аварии, Алло своей цели достиг. Последний его приезд на Мерщину состоялся летом 1939 года. Когда началась война, как раз в автомобиле умер бензин. Оставив машину и наняв несколько лошадей, ксендз сумел добраться до Вильнюса, а потом и до Сан-Ремо. Выдержав все жизненные испытания, оставив после себя лучшую память-церковь в Мерах, которая и сейчас служит людям, отошла на вечный покой к барину по непроверенным данным в Сан-Ремо.

Адольф Черный – основатель чешской белорусистики

Знаменитые люди Миорского края

Параллели и меридианы моего материка обогатились и приютом в 1889 году чешского ученого-слависта, фольклориста Адольфа Чернога. В 1895 году им были изданы достижения от посещения Земли, еще хорошо не Сведущей в славянском мире-сборник «белорусские песни из Дисненского уезда Виленской губернии».

Были им напечатаны и «Vzpominki z Litvy a Belorusi» («воспоминания из Литвы и Беларуси»). А в 1897 году Адольф Черный вновь посетил землю бывшего Великого Княжества. Написал статьи для ознакомления читателей о пробужденном крае в 1906, 1909 годах.  Интересный научный анализ приводит он в публикации «национальные и литературные белорусские устремления» (1911 г.) белорусская тематика присутствует и в основанном им журнале “Славянское обозрение”.

И вот прорезается ко мне из сети исследование, которое написал Марцел Черный: «Адольф Черный и белорусская литература». Совершенный научный рассказ о публицисте, поэте, переводчике и ученом Адальфе Черном. Так, он перевел стихотворение Якуба Коласа «Наш родны край», «Уже днеет» Янки Купалы. Не обошел Алоизу Пашкевич. Тишка Гартный в 1922 г. издал в Берлине книгу «Песни труда и борьбы». Адольф Черный попользовался и ею.

Понравился такой важный вывод Марцелла Черного, что Адольф Черный — основатель чешской белорусистики. А это значит: он открыватель для Вселенной духовных сокровищ белорусов как нации, он искренний, надежный защитник белорусов от разных мракобесов. Такие будители были нужны в стране президента Масарика. Мы их ценим и в сегодняшней Беларуси.

Вацлава Верхович-Ковчиньска

Знаменитые люди Миорского края

Вацлава родилась 20 ноября 1920 года в местечке Германовичи, где окончила полушехную школу. В 1934-1938 году училась в Дисненской гимназии. В 1938-1939 г. училась в лицее. Активно участвовала в харцерском движении и солидации марианска.. После прихода советской власти училась в советской школе которую завершила в 1941 году. Начала работать учительницей на своей родине в Германовичах. В 1946 году опасаясь вывоза семьи в глубь России вместе с родителями выехала жить в Польшу город Гожув, позже переехала в Гданьск, где выходит замуж за А. Т. Ковчиньского, работника Политехнического иститута в Гданьске. Одновременно учится в высшей педагогической школе в Кракове на факультете славистики, стажировку проходит во Франции, и защищает докторскую диссертацию по теме «Влияние французской литературы на славянскую филологию 19 в.» Потом семья переезжает в Люблин, где муж назначен деканом строительного факультета Политехического института. Ванда Ковчиньска работает на факультете гуманистики Люблинского университета имени Марии Склодовской –Кюри.  До самой пенсии. Много научных работ. На пенсии писала статьи на тему истории Дисненской гимназии.

Владимир Скуковский – ученый из третьяков

Знаменитые люди Миорского края

Погосткая земля вспомнила много выдающихся ученых и деятелей : В.Ластовского, Б.Туронка, Э.Киселя, Г.Титовича. Из более младшего поколения выпускников Новопогостской СШ мы хотим рассказать о Владимире Леонардовиче Скуковском-докторе гуманистических наук, который сейчас живет и работает в Польше. Родился наш земляк в застенке Третьяки недалеко от деревни Новгороды 30 октября 1938 года. Третьяки издавна были фольварком Скуковских, в начале 20 века у них было 130 десятин земли на 13 жителей .. По переписи 1931 года Третьяки были уже застенком, стояли три дома, где проживали 24 жителя. Отец Владимира был застенковым шляхтичем и происходил из поляков, занимавших в Петербурге различные должности. Мать происходила из шляхетского рода Федоровичей герба «Фебер». Бабушка Владимира Антонина Парфенович происходила из Каменполья. До сегодняшнего дня сохранились в памяти живописные пейзажи с детства. Застенок был окружен высокими деревьями, что свидетельствовало о древности поселения. На одном из деревьев всегда было гнездо аистов. С трех сторон до застенка надызодили густые леса и высокие деревья у домов были ориентиром для путешественников. Навсегда запомнил наш земляк гудки паровоза, железная дорога проходила непдалеку, а вечером и по праздникам были слышны благозвучные колокола Новопогосткого костела. Даже сейчас, более чем через 60 лет помнит Владимир Леонардович запахи своей малой родины, улочка которой утопала весною в зарослях черемухи, язьмину, сирени, цветения садов. А ковры местных лугов наверняка удерживали всю флору и фауну. Скуковский учился уже после войны в начальных школах в деревнях Юндилово, острова, Ковалевщине, Новгородах. Сейчас не осталось здесь ни одной школы. Среднюю школу заканчивал в новом погосте. С большой благодарностью Владимир Леонардович вспоминает учителей этой школы Лавчановского Феликса Викторовича и Комарову Фаину Александровну. После окончания в 1956 году школы, семья переезжает на постоянное жительство в Польшу. В 1958 году поступает на факультет славистики Вроцлавского университета, который успешно заканчивает в 1963 году, получив степень магистра Российской филологии. Темой магистерской работы стало исследование творчества великого русского поэта Александра Пушкина. После окончания университета работал преподавателем в различных учебных заведениях и одновременно занимался научной деятельностью. В 1983 году получает степень доктора гуманистических наук. Работал над ней в Люблинском университете под руководством профессора Т. Ротт-Жабровского, который происходит из Германович Шарковщинского района. Темой докторской работы стало исследование филологии, фонетики и морфологии Псковской судебной грамоты 1467 года. Диссертация получила высокую оценку специалистов профессора М. Лесева из Люблина и профессора В. Витковского из Кракова. Владимир Скуковский автор более 50 научных статей и монографий посвященным прежде всего изучению палеографии древнерусской письменности 14-15 веков. Наиболее значимая из них, подаренный в Музей книги и печати СШ № 3 г. Миоры. Наш земляк автор более чем 15 методических разработок для студентов как филологических , так и других факультетов. К сфере научных интересов Владимира Скуковского изученное проблем поэзии и древней грамматики. Живя в Польше наш земляк не забывает своей родины, где прошло его детство и юность. Он возглавляет отдел Общества Браславян в Ольштыне, организует поездки уроженцев на родину.  При активном участии нашего земляка выдается раз в месяц интересный билютень браславско-Ольштынский, где печатается много интересных материалов и по истории Миорщины, которая входила до 1939 года в Браславский уезд.

Эдмунд Кузинович - доктор медицины

Родился Эдмунд Кузинович в Вильнюсе в 1925 году, но вскоре родители переехали на постоянное место жительства в Дисну. В этом городе и прошли детские и юношеские годы Эдмунда. В 1939 году успешно закончил полушехную школу и сдал вступительные экзамены в гимназию. После прихода советской власти учился в русской десятилетке. В 1944 году вывезен на работу в Германию. После войны закончил среднее образование в польском городе Слупск. Потом лицей для взрослых имени короля Болеслава Кривоустого. В 1954 году окончил медицинский факультет университета во Вроцлаве. Работал ассистентом, воеводской больницы Вроцлаве, потом адъюнтом ортопедической клиники медицинской академии в этом городе. В 70-е годы 20 в. работал врачом по контракту в Уганде. Благодаря собранным материалам написал свыше 20 научных работ, защитил диплом доктора медицинских наук. Был организатором «Салідарнасці». Кроме научных работ по медицине написал книги мемуаров:”Из Королевского гряда Дисны через Слупска до Вроцлава». Вроцлав, 2008., 356 с.,“Запоздалая аповесть” Вроцлав. 2010, 253 с. Благодаря Поставскому издательству «Сумежжа» в 2015 году в переводе краеведа Владислава Лесковского на белорусском языке вышла первая часть первой книги от названием «Дисна в 1930-1940-е годы».

Эугениуш Забелла – медик-краевед

Знаменитые люди Миорского края

Эугениуш Забелла родился в 1920г. Первые годы жизни прошли в Вильнюсе. В 1926 году родители переехали в Дисну, поэтому его детство и юность прошло в этом городе.

С 1934 года и по 1939 учился в Дисенской гимназии. Проявил незаурядные способности к учебе. От природы имел талант к рисованию, особенно хорошо получались графические работы. Активно участвовал в выпуске журнала “Наш глос”, в ученическом самоуправлении гимназии. Начало войны 1939 года застало его в выпускном классе гимназии. Не пожелал учиться в советской школе, начал трудовую деятельность секретарем в коперативе, потом на железной дороге. В 1944 году был мобилизован во 2-ю армию Войска Польского, принял участие в боевых действиях с фашистами. В 1947 году поступил учиться на медицинский факультет университета в познании. После его окончания продолжал учиться в медицинской академии, чтобы в дальнейшем заниматься наукой. Но по решению стран Варшавского договора был мобилизован в армию, как военный врач, что и перечеркнуло его жизненные планы. Его трудовая деятельность ознаменована многочисленными государственными наградами. В 1977 году выйдя на пенсию начал заниматься изучением прошлого тех мест, где прошло его детство и молодость. В 1996 году принял участие в международной научной-практической конференции “Дисненские чтения”. Результатом стало написание фундаментальной книги «Дисна — крепость над Двиной», которая увидела свет в 1998 году. Это издание до сегодняшнего времени появится наиболее основательным изданием об истории города. Вторая книга «Березвеч — в объятиях Бога и дьявола». Жизненный путь нашего земляка завершился в Быдгоще в 2010 году.

Отан Гедеман

Знаменитые люди Миорского края

Это известный польско-белорусский краевед, историк, натуралист и педагог, исследователь Наддвинья.

Он родился 29 апреля 1887 года в деревне Мнищизна Речицкого уезда Минской губернии. Отец, Магнус Гедеман – датский немец. По профессии инженер-геодезист, мелиоратор приехал в Российскую империю, где проводил мелиоративные работы на Белорусском Полесье. Мать, Ядвига Андреевская – полька из Наддвинья. Отан окончил Гомельскую гимназию. Занимался в Киевском университете на историко-филологическом факультете, перед окончанием которого был исключен за участие в революционном движении.

С 1922 года работал учителем и проживал в Браславе и Друе. С конца 1933 года и до смерти 16 мая 1937 года жил в Вильнюсе. Собирал материалы по истории Браславщины и Дисненщины. Изучал развитие городов с Магдебургским правом, развитие торговли, ремесел, социальную структуру и имущественные отношения населения в белорусских городах Среднего Наддвинья, лесные промыслы и водные пути в Беларуси XVII-XVIII веков, историю Беловежской пущи. За последние семь лет своей короткой жизни написал и издал 8 основательных монографий: «история Браславского уезда» (1930), «Дисна и Друя – Магдебургские города» (1934), «Давние пущи и воды» (1934), «Граф Мануцы»(1935), «Глубокое»(1935), «Браславско-Дисненские завещания XVIII – XVIII веков как исторические источники» (1935), «Валерьяновские школы отцов-пиаров Лужецких» (1937), «История Беловежской пущи перед разделением Речи Посполитой (в период до 1798 года)», вышедшей после смерти автора в 1939 году.

16 февраля 2012 года на здании Браславского краеведческого музея была установлена мемориальная доска в честь юбиляра.

В глубоком была даже улица Отана Гедемана. Сейчас такой улицы нет, но стоило бы сделать так, чтобы она все же появилась на карте города.

Николай Кривко – ученый-филолог

Родился 16 июля 1949 г. в д.Маняково Миорского района. После окончания Дисенской средней школы в 1968 г. поступил на белорусское отделение филологического факультета Могилевского государственного пединститута и через четыре года стал научным сотрудником отдела лексикологии и лексикографии Института языкознания имени Якуба Коласа Академии наук Беларуси в Минске.

В 1985 г. М. Кривко защитил кандидатскую диссертацию «Оценочные наименования лиц в говорах Миорского района Витебской области». Активно участвовал в создании 2-х томного академического издания “Русско-белорусского словаря”. Принимал участие в подготовке фундаментальных коллективных работ, таких как “Белорусско-русский словарь”, пятитомный в шести книгах “Толковый словарь белорусского языка”, пятитомный “Лексический атлас белорусских народных говоров”. М.Н.Кривко является соавтором и одним из научных редакторов “Русско-белорусского словаря для военных”, “Толкового словаря русского литературного языка”. За большой вклад, внесенный в создание этого издания, М.Н.Кривко стал лауреатом премии Национальной академии (1997).

Около 250 научных, научно-популярных и энциклопедических публикаций по вопросам лексикологии, лексикографии, культуры речи, ономастики, диалектологии, истории языкознания и других вышло из-под его пера. За десятилетия творческой работы создалась картотека, содержащая 378 тысяч карточек слов и фразеологизмов. На основе ее готовится к печати многотомный “Словарь Дисненщины”, который будет содержать примерно 70 тысяч слов и фразеологизмов.

В 1997 г. Николаю Ниловичу присвоено академическое ученое звание ведущего научного сотрудника. Его научные работы и его личность знают и ценят не только в родной Беларуси, но и среди научной общественности России, Украины, Литвы, Польши и других стран.